В лесах. В 2 томах. Том 2. Части 3-4 П. И. Мельников (Андрей Печерский)

Присошек то же, что полица железная лопаточка у сохи, служащая для отвалу земли. Микулу больше всего смерд Крестьянин, земледелец. Ему, поильцу, ему, милостивому кормильцу, и честнее и чаще справлял он праздники Ему в почесть бывали пиры-столованья на брачинах-микульщинах Как почитанье Грома Гремучего, при введении христианства перенесли у нас на почитанье Ильи Громовника, а почитанье Волоса, скотьего бога,- на святого Власия, так и чествованье оратая Микулы Селяниновича перевели на христианского святого - Николая Чудотворца.

Оттого-то на Руси всего больше Николе Милостивому и празднуют. Весенний праздник Николаю Чудотворцу, которого нет у греков, заимствован был русскими у латинян, чтобы приурочить его к празднику Матери Сырой Земли, что любит "Микулу и род его".

Празднество Микуле совпадало с именинами Матери-Земли. И до сих пор два народных праздника рядом сходятся: В день Микулы с кормом, после пиров-столований у богатых мужиков, заволжски ребята с лошадьми всю ночь в поле празднуют Тогда-то в ночной тишине раздаются громкие микульские песни Ими приветствуют наступающий день именин Матери Сырой Земли.

Минул праздник Микулы, минули именины Матери Сырой Земли, с первым сбором целебных зелий и с зилотовыми хороводами 3илотовы хороводы справляются в день, когда "Земля именинница", 10 мая.

В тот день церковь празднует апостолу Симону Зилоту. Оттого хороводы и зовутся зилотовыми. Глядь, честной Семик на дворе - завиванье венков, задушные поминки. В тот день под вечер, одни, без молодцев, сбираются девушки. Надев зеленые венки на головы, уходят они с песнями на всполье и там под ракитовым кустом стряпают "сборну яичницу", припевая семицкие песни.

Завив венки, целуются через них и "кумятся" при звонких веселых песнях:. Тут же и "кукушку крестят". Для того, нагнув две молодые березки, связывают верхушки их платками, полотенцами или лентами и вешают на них два креста-тельника Тельник - крест, носимый на шее.

Под березками расстилают платки, кладут на них сделанную из кукушкиных слезок Растение Orchis maculata. С тех пор семицкие кумушки живут душа в душу целых три дня, вплоть до троицы. Случается, однако, что долгий язычок и до этого короткого срока остужает семицкое кумовство А чрез день от честного Семика - "Клечальна суббота" В тот день рубят березки, в домах и по улицам их расставляют ради троицы, а вечером после всенощной молодежь ходит к рекам и озерам русалок гонять.

Всю семицку неделю, что слывет в народе "зелеными святками", шаловливые водяницы рыщут по полям, катаются по зеленой ржи, качаются на деревьях, залучая неосторожных путников, чтоб защекотать их до смерти и увлечь за собой в подводное царство дедушки Водяного.

Всю троицкую ночь с березками в руках молодые парни и девушки резво и весело, с громким смехом, с радостными кликами бегают по полям, гоняя русалок, а на солнечном всходе все вместе купаются в водах, уже безопасных от ухищрений лукавых водяниц На троицу у молодежи хороводы, на троицу развиванье семицких венков, пусканье их на воду и гаданье на них А у степенных женщин и старушек на тот день свои заботы - идут они на кладбища и цветными пучками, что держали в руках за вечерней, прочищают они глазыньки родителям Пучками цветов или березками обметают они могилы.

Это и называется "прочищать глаза у родителей". И так день за день, неделя за неделей, вплоть до Петрова дня Что ни день, то веселье, что ни вечер, то "гулянка" с песнями, с играми, с хороводами и гаданьями В скитах гулянкам места нет Мельникова Андрея Печерского - первая часть дилогии, рассказывающей о жизни старообрядческого населения Заволжья, быте купечества и раскольнических скитов. В данный том третья и четвертая части романа.

С удовольствием перечитываю данную дилогию "В лесах" и "На горах". Интересно само повествование, потрясающе описана природа и сама жизнь старообрядческого населения, а какие там описания застолий Классический роман, замечательно экранизирован, жаль не переиздают. Серая бумага, шрифт хороший. Я старше 18 лет, принимаю условия работы сайта, даю согласие на обработку перс. Подарки к любому заказу от р.

Вступить в Лабиринт У меня уже есть код скидки. Здесь будут храниться ваши отложенные товары. Вы сможете собирать коллекции книг, а мы предупредим, когда отсутствующие товары снова появятся в наличии! Вступить в Лабиринт У меня уже есть аккаунт.

Ваша корзина невероятно пуста. Не знаете, что почитать? Здесь наша редакция собирает для вас лучшие книги и важные события. Сумма без скидки 0 р. Вы экономите 0 р. Забирайте заказы без лишнего ожидания. Мельникова Андрея Печерского - первая часть дилогии, рассказывающей о жизни старообрядческого насел. Части На складе. Аннотация к книге "В лесах. Части " Роман " В лесах " известного русского писателя П. Сокровища русской литературы в кармане. Темные аллеи 2 фото.

Все представленные здесь книги и журналы имеют подробное описание и обложку. Наша библиотека регулярно пополняется только новыми и интересными материалами! Андрей Печерский - Собрание сочинений в 8 томах. Собрание сочинений в 8 томах. Часть 3, 4 — Мельников Павел Иванович Во четвертый том вошло окончание романа "В лесах", рассказывающей о жизни старообрядческого населения Заволжья, быте купечества и раскольнических скитов.

Часть 3, 4 Автор: Книга вторая Часть третья гл. Скачать Собрание сочинений в 8 томах. Трегубов - Домашнее вино и самогон Завтраки, обеды, ужины.

Княжна Тараканова и принцесса Владимирская Собрание сочинений в 8 томах.

Read More »

Собрание сочинений в 20 томах. Том 3 М.Е. Салтыков-Щедрин

Купить за 90 руб. Уголки и корешок книги немного потрепаны. На верхних страницах книги имеется пятно. Без штампов и пометок. Книга выглядит как новая. Верхняя часть корешка обложки немного надорвана. В одном месте край переплета немного поврежден малозаметно. Внешне книга выглядит как абсолютно новая. Небольшая подпись бывшего владельца на внутренней стороне обложки. Купить за руб. Твердый издательский переплет, Увеличенный формат. Фото1 — Фото2 — Фото3 — Фото4. Фото1 — Фото2 — Фото3.

Ледериновый твердый переплет, Увеличенный формат. Издательский переплет, Увеличенный формат. Издательский твердый переплет, Обычный формат. Твердый переплет, Обычный формат. Нет корешка и стр. Новодельный твердый переплет, обычный формат. Обложка — Титул — Разворот1 — Разворот2 — Оглавление. Было бы очень хорошее, но утраты бумаги верхних уголки свободного форзаца и авантитула. Минимальные потертости корешка и уголков крышек. След от клея и пятна на обложке, след от кармашка, подписи и инвентарные номера, след от пальцев в начале книги, в блоке пятен практически нет, пятно на срезе блока, слегка обтрепаны внизу два листа.

Твердый переплет, обычный формат. Близко к хорошему, потерт переплет, нет форзаца, штампы несуществующей организации. Титульный лист — Переплет. Художественная литература - г. Твердый переплет, Увеличенный формат. Твердый владельческий переплет, Обычный формат. Хорошее, переплет с незначительнными потертостями, блок крепкий, печать несуществующей Чистопольской городской общественной библиотеки до г.

Твердый издательский переплет с золотым тиснением, увеличенный формат. Государственное издательство художественная литература. Удовл кармашек, кафедральные пометы, подклеен корешок, надорвана вкладка. Твердый составной любительский переплет. Нет титула, выходных данных, обрезан верх оглавления.

Описание взято из данных сайта. Владельческий твердый переплет, обычный формат. Москва Художественная литература г. Удовлетворительное, обложка потерта, отходит от блока, стр. Уголки переплета немного потерты в процессе хранения на книжной полке. Без штампов и печатей. После заказа пришлем несколько фото книги. Полукожаный переплет, Обычный формат. Владельческий полукожаный переплет, Обычный формат.

Петроград Литературно-издательский отдел комиссариата народного просвещения. Твердый переплет, Слегка уменьшенный формат.

Твердый переплет, немного увеличенный формат. Хорошее или лучше, немного потерт корешок и чуть уголки, тиснение бледновато, листы внизу волнистые, бледный след от влаги.

Твердый с золотым тиснением переплет. Потертости по обложке, протертость коленкора по корешку в нижней части с верхней крышкой и в верней части с нижней крышкой. Просматриваются следы влаги на титуле фото и последней страницах. Эйнгорн на верхнем форзаце. Хорошее, переплет немного потерт и загрязнен, корешок выцвел, уголки крышек помяты.

Книга списана из библиотеки. Твердый переплет, увеличенный формат. Хорошее, переплет немного потерт и загрязнен, корешок выцвел, уголки и края крышек помяты. Хорошее, переплет немного потерт и загрязнен, корешок выцвел.

Хорошее, переплет немного загрязнен и потерт, корешок выцвел, уголки крышек помяты. Мягкий переплет, Увеличенный формат. Твердый издательский художественный переплет, чуть увеличенный формат. В целом очень хорошее. Полукожаный владельческий переплет того времени, Обычный формат. В пяти твердых издательских переплетах, чуть увеличенный формат. У тома 2 немного поврежден нижний уголок, том 4 - отличное, остальные - хорошее-очень хорошее.

Владельческий картонаж переплет, Обычный формат. Твердый полукожаный переплет, мраморное покрытие крышек переплета. Хорошее, погашенные штампы библиотеки. Повреждение корешка переплета, потертость покрытия крышек. Тканевый твердый переплет, Обычный формат. Картонный твердый переплет, Обычный формат. Полукожаный переплет с тиснением, Обычный формат.

Хорошее, на задней обложки с внутренней стороны и нескольких страниц небольшие следы влаги. Фото — Фото — Фото. Твердый издательский переплет красный. Хорошее четь потерны верх и низ корешка, след влаги на задней крышке переплета. Твердый коленкоровый переплет, Обычный формат. Незначительные потертости переплетных крышек, ребер и уголков. На шмуцтитуле - штамп довоенной библиотеки. Копия одного листа стр.

Твердый, полукожанный, художественный переплет с золотым арнаментом на корешке и арнаментом на крышках, увеличенный формат.

Печать книжного магазина Иогансена в Харькове. Сегодня, передавая аромат минувшего времени, они ничуть не утратили своей свежести. В оформлении издания использованы традиционные русские рождественские открытки. Знаменитая сказка Петра Павловича Ершова, написанная более лет назад, по праву вошла в золотой фонд русской детской литературы. И в наше время дети с удовольствием читают озорную и веселую сказку про Ивана и его верного друга Конька-Горбунка.

Сказка впервые была напечатана в году и с тех пор остается любимым чтением для детей. Вашему вниманию предлагается сборник современной норвежской прозы "Мы здесь пока живем". Остроумно, непринужденно, весело авторы комедий - одного из ведущих жанров английской драматургии XVII-XVII веков - вскрывали и ставили перед обществом самые острые и злободневные вопросы. В антологии представлены пьесы блистательных писателей того времен - от Шекспира до Шеридана. Они сопровождаются высказываниями современников и потомков о комедиях, а также подробным комментарием.

Составление, предисловие, комментарии И. В антологии представлены лучшие образцы испанской лирики и стихотворного эпоса, начиная с периода Реконкисты и до поэтов первой половины нашего века. Тексты стихотворных переводов выполнены известными русскими и советскими поэтами-переводчиками, они воспроизводят картину эволюции испанистики в России и СССР на протяжении двух последних столетий. В сопроводительных статьях к сборнику рассматриваются традиции русско-испанских литературных связей, особенности испанской поэтической школы.

Антологию завершают справки об авторе и комментарий к тексту. Издание предназначено для студентов и преподавателей гуманитарных вузов, а также для широкого круга любитеей русской и испанской поэзии. Настоящее издание представляет собой наиболее обширный свод образцов басенного жанра, одного из наиболее популярных в русской поэзии XVIII - XIX веков. Издание предваряет статья Н. Произведения русских поэтов от А. Илличевского и Козьмы Пруткова. Наряду с известными баснописцами представлены ныне забытые.

Сборник состоит из произведений известных французских драматургов, работающих в популярном во Франции жанре одноактной пьесы. Пьесы будут интересны режиссерам профессиональных и народных театров. В этот сборник израильской новеллы вошли восемь рассказов - по одному на каждого автора, - написанных на иврите на протяжении двадцатого века и позволяющих в какой-то мере разумеется, далеко не полной проследить развитие современной израильской литературы.

Имена некоторых из представленных здесь авторов уже известны российскому читателю, с другими ему предстоит познакомиться впервые. В данное издание вошли драматические произведения писателей разных поколений - Венедикта Ерофеева, Евгения Сабурова, Олега Юрьева, Эдуарда Гареева, Алексея Шипенко, не входящих получивших возможность публиковаться в нашу литературу одновременно в годах.

Непривычность затрагиваемых тем, острота поднимаемых проблем, своеобразие мышления авторов позволили соединить в одном сборнике такие разные произведения. Представляют авторов на страницах данного издания люди, также принадлежащие к плеяде нонконформистов нашей культуры, - писатели Юрий Айхенвальд и Евгений Попов, искусствовед и философ Евгений Барабанов, литературовед Михаил Шейнкер, режиссер Роман Виктюк.

В сборник включены наиболее показательные и яркие образцы творчества поэта, позволяющие достаточно ясно представить его художественную индивидуальность на разных этапах длительного литературного пути поэта. В книге включает раздел "Другие редакции и варианты". Сборник объединил уральских сказочников. Мудрые, "учёные" миниатюры Сергея Георгиева о славном короле-деспоте или о взаимоотношениях китайских философов, правителей, воинов, разбойников… Пронизанные особой нежностью, любовью сказки Юрия Шинкаренко.

Среди авторов сборника - и мастера уральской литературы В. Дробиз, и малоизвестные писатели, даже двенадцатилетний екатеринбургский сказочник Никита Сутырин.

Книга иллюстрирована екатеринбургскими художниками. Прекрасно иллюстрирование подарочное издание. Тканевый переплет украшен тиснением. Книга с ляссе, трехсторонний золотой обрез.

В книгу вошли произведения А. Толстого, объединенные популярным в русской литературе х годов жанром фантастической повести. В сборник вошли лучшие произведения ленинградских мастеров прозы, написанные в послевоенное время и посвященные современникам. Книга, объединившая романы известных английских писателей - С. Брэгга, дает читателю возможность проследить, как на протяжении целого столетия расшатывалась в Англии некогда "образцовая" система буржуазного консерватизма, как развивался дух неприятия буржуазной идеологии и морали.

Творческие судьбы - основная тема романов.

Read More »

Магазинчик ужасов. Том 1 Акино Мацури

Я старше 18 лет, принимаю условия работы сайта, даю согласие на обработку перс. Подарки к любому заказу от р. Вступить в Лабиринт У меня уже есть код скидки. Здесь будут храниться ваши отложенные товары. Вы сможете собирать коллекции книг, а мы предупредим, когда отсутствующие товары снова появятся в наличии! Вступить в Лабиринт У меня уже есть аккаунт. Ваша корзина невероятно пуста. Не знаете, что почитать? Здесь наша редакция собирает для вас лучшие книги и важные события.

Сумма без скидки 0 р. Вы экономите 0 р. К этому товару вы получите подарок! Забирайте заказы без лишнего ожидания. Том 1 главы На складе. Аннотация к книге "Магазинчик ужасов. Том 1 главы " Экзотический и таинственный Чайнатаун приютился среди небоскребов типичного американского мегаполиса. Купив эту книгу сегодня, вы сможете выбрать себе подарков на р. Иллюстрации к книге Мацури Акино - Магазинчик ужасов.

Том 1 главы Рецензии и отзывы на книгу Магазинчик ужасов. Новые рецензии Дата Рейтинг Kseniya Немного жаль, что нет цветных страниц. Весьма оригинальный дизайн форзацев и корешка. Однозначный маст-хэв для любителей Акино Мацури в целом и "Магазинчика" в частности. Вроде и попытки договориться насчет лицензии издательство делает, но без конкретики-сроков.

Все отзывы и рецензии 6. Научный комикс 9 рец. Манн, Иванов и Фербер: Научный комикс 18 рец. Шерлок Франкенштейн и Легион Зла 1 рец. English Is Not Easy 14 рец.

Том 1 2 фото. Официальный путеводитель по лучшей хоррор-игре 5 рец. Five Nights at Freddy s. Война Уэйда Уилсона 2 фото. Великое противостояние двух вселенных 4 рец. Лучшие книги про вселенную комиксов.

Том 2 главы 4 рец. Книги автора Акино Мацури. Том 7 1 фото. Том 3 главы 2 рец. Том 6 1 фото. Том 10 1 рец. Том 1 3 рец. Том 8 1 фото.

Если вы обнаружили ошибку в описании книги " Магазинчик ужасов. Том 1 главы " автор Мацури Акино , пишите об этом в сообщении об ошибке. Граф Ди утверждает, что продает своим посетителям "грезы и любовь", но некоторые мечты настолько опасны для людей, что покупатель обязуется строго придерживаться указанных в контракте условий содержания своего питомца. В противном случае, магазин не несет ответственности за последствия.

Купить за руб в Лабиринте. Pet Shop of Horrors англ. О фильме года см. Медвежатник фильм — У этого термина существуют и другие значения, см. Мы используем куки для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать данный сайт, вы соглашаетесь с этим.

Другие книги схожей тематики: Том 1 главы Экзотический и таинственный Чайнатаун приютился среди небоскребов типичного американского мегаполиса. Китайский квартал живет своей особой восточной жизнью, носамым загадочным местом по праву… — Фабрика комиксов, Подробнее Том 2 главы Экзотический и таинственный Чайнатаун приютился среди небоскребов типичного американского мегаполиса.

Главы В узких переулках китайского квартала притаился довольно необычный зоомагазин. Его таинственный владелец продает не столько животных, сколько воплощенные в них "любовь и грезы". Он с первого взгляда… — Фабрика комиксов, - Подробнее Он с первого взгляда… — Comics Factory, формат:

Read More »

М. Н. Загоскин. Сочинения в 2 томах (комплект) М. Н. Загоскин

Во владельческом картонаже, современном изданию. На переднюю крышку наклеен фрагмент издательской печатной обложки. Блок отходит от переплета. Мягкая издательская обложка, обычный формат.

Хорошее, книга 1 с портретом, нет титула и обложек, книги 9 и 10 в издательских обложках. СПб Типография и Фототипия В. Твердый переплет, Увеличенный формат. Корешок — Титул — Страница. Типография и Фототипия В. Владельческий полукожаный переплет, Увеличенный формат. На форзаце приклеена дореволюционная форма из биибл. Твердый издательский переплет с тиснением по корешку и верхней крышке, обычный формат.

Небольшое пятнышко на верхней крышке несомненно, может быть оттерто. Большой выбор художественной, бизнес, учебной и технической литературы. Все представленные здесь книги и журналы имеют подробное описание и обложку. Наша библиотека регулярно пополняется только новыми и интересными материалами! Михаил Николаевич Загоскин 25 июля г. Участник Отечественной войны г.

Был директором московских театров, с - Оружейной палаты. Литературный дебют Загоскина - комедия "Проказник" Необычайный успех имел роман "Юрий Милославский, или Русские в году" В двухтомник вошли наиболее значимые произведения писателя романы "Юрий Милославский, или Русские в году" и "Рославлев, или Русские в году", повести "Кузьма Рощин" и "Вечер на Хопре", комедии, стихотворения, письма и др.

Сочинения в 2 томах Автор: Отрывок из одного русского романа - Вечер на Хопре - Москва и москвичи. Холин - задача по химии с ответами, указаниями, решениями Survival Выживание Завтраки, обеды, ужины.

Сочинения в 2 томах. Михаил Загоскин - Сборник сочинений 19 книг Михаил Николаевич Загоскин 14 25 июля , село Рамзай Пензенского уезда, ныне Мокшанского района Пензенской области - 23 июня 5 июля , Москва - русский писатель, драматург, автор исторических романов, директор московских театров и.

Read More »

Толкование на паремии. Том 3 Епископ Виссарион

Для регистрации на BookMix. Главная Религия и эзотерика Религиоведение Толкование на паремии. Том 3 Купить в магазинах: Подробнее об акции [x]. Я читал эту книгу. Рецензии Отзывы Цитаты Где купить. Огненная библия первое издание. Евангелие Летающего Макаронного Монстра. И уже после этого приводит данные современной ему библейской науки, что делает такие толкования наиболее интересными и завершенными.

Цель автора преподать назидание читателям, достигается вполне. Будем надеяться, что и сто тридцать лет спустя, вновь открыв для себя истолковательные работы епископа Виссариона, мы, памятуя о трудах его на пользу нашего спасения, возымеем благое желание к изучению литературно—богословского наследия приснопамятного иерарха. Детективы Боевики Дамский детективный роман Детективная фантастика Детские остросюжетные Иронические детективы Исторические детективы Классические детективы Криминальные детективы Крутой детектив Маньяки Медицинский триллер Политические детективы Полицейские детективы Прочие Детективы Техно триллер Триллеры Шпионские детективы Юридический триллер.

Толкование на паремии из книги Бытия. Паремия за вечернею в навечерие праздников Рождества Христова, Богоявления, Пасхи, также в понедельник первой седмицы Великого поста Быт 1, 1— Паремия, читаемая за вечернею во вторник первой седмицы Великого поста Быт 1, 14— Паремия, положенная на вечерне в среду первой седмицы Великого поста Быт 1, 24—31; 2,1—3. Паремия, положенная на вечерне в четверток первой седмицы Великого поста Быт 2, 4— Паремия, положенная на вечерне в пяток первой седмицы Великого поста Быт 2, 20—25; 3,1— Паремия, положенная на вечерне в понедельник второй седмицы Великого поста Быт 3, 21— Паремия, положенная на вечерне в среду второй седмицы Великого поста Быт 4,16— Паремия, положенная на вечерне в четверток второй седмицы Великого поста Быт 5, 1— Паремия, положенная на вечерне в пяток второй седмицы Великого поста Быт 5, 32; 6,1—8.

Посему в видении пророка Иезекииля они являются в виде колесницы, над которой можно было усмотреть чувственное подобие славы Божией Иез гл. Значит херувимы — благоговейные носители, или как бы престол величия Божия, и служение их Богу состоит в том, чтоб открывать в Нем Высочайшего Царя. Это значение их служения выражено было также в золотых изображениях двух херувимов, поставленных над Кивотом Завета в скинии свидения и в храме Соломоновом: Лице орла и человека и множество очей указывали в херувимах многоведение и зоркость, а лице льва и вола крепость и могущество слич.

Но для чего эта грозная стража? Бог, без сомнения, мог совершенно уничтожить самый след рая с древом жизни. Адам же позна Еву жену свою, и заченши роди Каина и рече: Благословение чадородия, данное прародителям в раю, не утратило силы по изгнании их из рая. Оно служило для них источником утешения в многоразличных горестях. Они утешали себя надеждою, что если сами, по приговору Божию, должны будут умереть, за то будут жить в своих потомках, и что если не они, так их потомки доживут до времени рождения Сокрушителя главы змиевой.

Она взирала на своего первенца, как на дар Божий, а на себя, как на счастливую обладательницу этого дара.

И бысть Авель пастырь овец, Каин же бе делаяй землю. Сколько радовалась Ева первому сыну, от которого ожидала видеть великое утешение для себя, столько же сокрушалась она по рождении второго, как это видно из наречения ему имени. Ева, вероятно, хотела сим наименованием выразить, что как в первом сыне она не нашла чего ожидала, так и от второго она уже не чает для себя радости.

Первое занятие указано было самим Богом Адаму, но, вероятно, Адам занимался и скотоводством по нужде в одежде из кожи и шерсти и в молоке, также в приношении кровавых жертв, и занимался, конечно, не без воли Божией. Дети Адамовы разделили между собою оба эти занятия и может быть усовершенствовали их. И бысть по днех, принесе Каин от плодов земли жертву Богу: И призре Бог на Авеля и на дары его: И бысть по днех. Каин и Авель могли сделаться таковыми еще при жизни Адама как например Иаков при жизни Исаака , который, удерживая верховную власть над ними, мог каждому из них дать часть своего имущества в полновластное их распоряжение, дозволить им жить отдельно от себя, и совершать жертвоприношения.

Жертвы Каина и Авеля — первые из упоминаемых в Библии. Первая жертва, вероятно, принесена была еще в раю. Сами ли люди придумали угождать Богу жертвами, или Бог научил их тому? Всего справедливее полагать, что жертвы имеют божественное происхождение. Следственно слово Божие, или заповедь Божия, было основанием для жертвоприношений, и Авель был только исполнителем этой заповеди, усвоив ее с верою. С какою целию установлены Богом жертвы? Жертвы должны были свидетельствовать о зависимости приносящих оные от Бога.

Принося в жертву Богу дары благости Его, люди чрез сие должны были исповедывать и свою благодарность к Нему за Его дары, и также свое желание и надежду пользоваться вперед Его милостями. Грех навлек на грешника гнев Божий, соделал его достойным вечного осуждения и проклятия от Бога.

Но каким образом кровь животного может очищать душу? Сама по себе кровь, конечно, не имеет этой силы. Для сей цели может довлеть только Кровь Богочеловека. Правосудный Бог, оскорбленный грехом человека, мог быть умилостивлен только Кровию Безгрешного и Невинного, каковым был один Богочеловек.

Кровь Его пролита была во времени, но очистительная сила ее простирается на все времена. Он есть Агнец Божий, закланный от сложения мира Апок 13, 8 , по предвечному совету Божию. И призре Господь на Авеля и на дары его: Каким образом можно было узнать, что одна жертва благоволительно принята Богом, а другая не принята?

Нередко Бог свидетельствовал свое благоволение к жертвам ниспосланием огня на них. Догадываются, что сие же знамение дано было Авелю. Причина предпочтения жертвы Авелевой пред Каиновой заключалась не в том, что один принес жертву кровавую, другой бескровную, —эта разность была следствием их неодинаковых занятий, каждый приносил жертву от плодов своих трудов, — а, главным образом, в душевном расположении принесших.

В Каине же не было этих духовных расположений: Он думал, что обязанности его к Богу состоят только в исполнении одного обряда.

О Каине же не говорится, чтоб он выбрал в жертву лучшие из плодов земных. По всей вероятности и по качеству, и по количеству они были незначительны. Лучше они останутся в мою пользу. Неблаговоление Божие к жертве Каина, естественно, огорчило его. Огорчение свое Каин глубоко затаил в душе, — оно не высказывалось ни в словах, ни в делах, а только в суровом виде лица. Еда аще право принеся еси, право же не разделил, не согрешил ли еси?

Каину казалось непонятным, чем жертва его, принесенная от плодов его трудов, хуже жертвы Авеля, тоже принесенной от плодов его хозяйства. Господь как бы так говорит Каину: Но не хорошо то, что ты принес жертву не так, как Авель: Посему в неуспехе твоей жертвы вини одного себя, и досадуй не на Меня, и не на брата твоего, а на одного себя. Не думай, впрочем, чтоб Авель после этого случая возгордился пред тобою, переменил обращение с тобою, перестал почитать тебя.

На этот счет успокойся, — умолкни. Таков смысл рассматриваемого нами стиха в церковно—славянском переводе с греческого текста. А если не делаешь доброго: Этой злобы люди могут не заметить, но Всеведущий видит ее, и кротко обличая в ней Каина, в то же время предостерегает его от могущего произойти от ней злодейства. Каин ходил с потупленными взорами: Грех у дверей лежит: Злоба, заключенная в сердце, ищет исхода из него, влечет человека к наружному злодеянию.

Он увлекает тебя на злое дело, но ты противься этому пагубному влечению. Паремия, положенная на вечерне во вторник второй седмицы Великого поста Быт 4, 8— И рече Каин ко Авелю брату своему: И бысть внегда быти им на поли, воста Каин на Авеля брата своего и уби его. Зависть к Авелю и злоба на него созрела в Каине до решимости убить его, от которой напрасно предостерегал Каина Господь.

И приглашение, и беседа на пути, без сомнения, имели вид дружелюбия, иначе Авель не пошел бы за Каином. Каин привел Авеля в такое место, где не могло быть свидетелей замышленного им злодейства, и убил его. Зло не может жить в мире с добром. Первый, исконный ненавистник добра есть диавол. Каин был первым порождением, семенем диавола в человеческом роде, и потому не мог жить в мире с. На такое значение Каинова преступления указывает апостол Иоанн, говоря: А за что убил его?

Диавол лестью и коварством погубил Еву. И Каин также лестью и коварством вызвал Авеля в поле для его погубления. И Каин явился подражателем диавола, сделавшись братоубийцею. И рече Господь Бог к Каину: Вопросом Каину Господь хочет пробудить его совесть, расположить его к исповеданию греха, к раскаянию и к мольбе о прощении.

От сего запирательства не удерживает его ни мысль о всеведении Божием, которая затмилась в нем, ни страх правосудия Божия, который, как увидим, пробудится в нем уже после и приведет его только к отчаянию. Отец с матерью по крайней мере не запираются во грехе, а только стараются оправдать его, а сын не думает даже признаться во грехе.

Глас крове брата твоего вопиет ко Мне от земли. Что сотворил еси сие? В этом вопросе слышится укор злодею и сожаление о нем. Авель по незлобию своему мог совсем не жаловаться Богу на Каина и в то время, когда поражаем был от него смертельными ударами, и по смерти.

Отъятием у человека такого драгоценного дара Творца, как жизнь, оскорблена была также благость и любовь Божия к человеку.

Злодей, проливающий драгоценную для Бога кровь, явно идет наперекор любви Божией, и потому может ли остаться безнаказанным? Бог — отец всех человеков: И ныне проклят ты на земли, яже разверзе уста своя прияти кровь брата твоего от руки твоея. В чем состоит то проклятие или осуждение Каина, свидетельницею и орудием которого будет земля, оскверненная злодейством его, как некогда земля Ханаанская осквернена будет нечестием хананеев Лев 18, 28 , — это видно из следующих стихов.

Егда делаеши землю, и не приложит силы своея дати тебе: И Адам осужден был в поте лица снедать хлеб, но все же земледелие давало ему пищу. Земледельческий труд Каина осуждается на совершенную бесплодность: По всей вероятности, Каин питался плодами дикорастущих произведений земли. Стеня и трясыйся будеши на земли. Потрясение нервов обратится у него в постоянную болезнь, так что он будет находиться непрерывно в конвульсивном состоянии. Но по точнейшему переложению с еврейского, более согласному с последующим текстом ст.

Это значит, что земля перестанет быть для Каина не только обильною житницею, но и покойным жилищем. Господь не хощет смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему. Весьма вероятно, что и строгий приговор Каину сделан был для того, чтобы потрясенную им душу привести к раскаянию.

Раскаяние могло бы возвратить ему милость Божию. Но Каин был ожесточенный грешник, слова приговора породили в нем только отчаяние в милосердии Божием. Да я и не стану просить его: Сими словами выражается малодушие Каина. Но каких людей он мог бояться? Без сомнения, не отца и матери, а их потомков. Каин совершил братоубийство около года со времени сотворения Адама и Евы Быт 4, 25; 5, 3 ; а в такой продолжительный промежуток времени они могли иметь у себя не только многих сынов и дщерей, но и многих внуков, особенно по силе действенного благословения Божия, данного им вдруг по сотворении их: Преступление его, которое он сначала скрывал даже от Бога, огласилось, вероятно, вскоре по совершении его и возбуждало во всех ужас и отвращение от убийцы.

С удалением от их общества, он чувствует себя лишенным участия в благоволении Божием, которым пользуется это общество: Каин думает, что никто и за грех не почтет убить его, поступить с ним так же самоуправно, как он поступил с Авелем. И рече ему Господь Бог: И положи Господь знамение на Каине, еже не убити его всякому обретающему его. Господь грозит седмикратным мщением тому, кто осмелился бы убить Каина.

Лев 26, 28 , употреблено здесь вместо неопределенного, в том смысле, что убийца Каина подвергся бы несравненно тягчайшему наказанию, чем братоубийца Каин. Для чего Господь щадит жизнь Каина, ограждая ее безопасность страшною угрозою убийце его? Паремия, положенная на вечерне в среду второй седмицы Великого поста Быт 4,16— В сей паремии идет речь о членах Каинова рода и о распространении благословенного племени в лице Сифа и Еноса.

Каин до совершения злодеяния жил с родителями в стране Едемской. Здесь, как член общества верных Богу, хотя и согрешивших пред Ним, он находился вместе с ними.

И позна Каин жену свою, и заченши, роди Еноха. И бе зиждяй град, и именова град во имя сына своего Енох. На Каинов город можно также смотреть как на попытку сделать средоточие соединения для своего рода в замене утраченного единения с Богом.

Имена некоторых потомков Каина: Это показывает, что оба племени не чуждались одно другого. Из потомков Каина бытописатель с особенною подробностью повествует о Ламехе и его семействе, чтобы в их примере представить сокращение склонностей и пороков всего племени.

Вопреки первоначальному закону брака Быт 2, 24 , Ламех первый показал пример многоженства. Начало пастушеского рода жизни положено было еще Авелем. Перегоняя стада с одного места на другое по мере потравы пастбищ, скотопитатели стали переносить и свои палатки и ставили их при стадах.

И имя брату его Иувал: Музыка употребительна была при ветхозаветном богослужении и Псалмопевец приглашает хвалить Бога игрою на разных музыкальных орудиях Пс. Видно, что он очень хорошо изучил свойства этих металлов, умел разрабатывать железную и медную руду, изобрел литейное и плавильное искусство.

Кроме орудий домашних и земледельческих, Фовел из меди и железа, вероятно, выделывал мечи и копья для нападения на людей и для отражения их. Рече же Ламех своим женам: Ада и Селла, услышите глас мой, жены Ламеховы, внушите моя словеса: Ламех говорит женам, что побои, следы которых они видят на его теле, получены им в борьбе с одним молодым человеком, которого он убил.

Хвалясь злодейством пред своими женами, Ламех в то же время тщеславится изобретательностью своего сына. В еврейском тексте эти слова Ламеха представляют стихотворный склад.

Ламех успокаивает их, уверяя, что он безопаснее Каина. Этим заканчивается повествование Моисея о Каине и его потомках. До большей степени нечестие не могло достигнуть. Позна же Адам Еву жену свою: Для продолжения благословенного племени Бог дает прародителям вместо Авеля другого сына.

Упова призывати имя Господа Бога. Понятнее и точнее с еврейского текста: Паремия, положенная на вечерне в четверток второй седмицы Великого поста Быт 5, 1— Сия книга бытия человеча, в оньже день сотвори Бог Адама, по образу Божию сотвори его, мужа и жену сотвори их и благослови их: С какого времени бытописатель намерен вести это родословие?

Подобно сему, евангелист Лука, перечисляя предков Иисуса Христа по плоти по прямой восходящей линии, останавливается не на Адаме, а на Боге, как на последнем звене родословной цепи: Между самими язычниками сохранилось предание, что люди—род Божий Деян 17, 28 , хотя далеко уклонились от Того, от Кого производили свой род.

Поживе же Адам лет двесте тридесять, и роди сына по виду своему, и по образу своему, и нарече имя ему Сиф. Впрочем, бытописатель в рассматриваемом родословии обозревает не весь род Сифа, а только тех членов его, от которых по прямой нисходящей линии произошел Ной. Сын походил на отца, может быть, и по наружности, но паче по благочестию. Сие благочестие наследовал от Адама и Сиф, и это наследие передал сыну своему Еносу, при котором, как мы видели см.

Быша же дние Адамовы, яже поживе, по еже родити ему Сифа, лет седмь сот, и роди сыны и дщери. И быша вси дние Адамовы, яже поживе, лет девять сот и тридесять: Поживе же Сиф лет двесте пять и роди Еноса.

И поживе Сиф, по еже родити ему Еноса, лет седмь сот и седмь, и роди сыны и дщери. И быша вси дние Сифовы лет девять сот и дванадесять: И поживе Енос лет сто девятьдесят, и роди Каинана. И поживе Енос, по еже роди ему Каинана, лет седмь сот и пятьнадесять, и роди сыны и дщери. И быша вси дние Еносовы лет девять сот и пять: И поживе Каинан лет сто седмьдесять и роди Малелеила. И поживе Каинан, по еже родити ему Малелеила, лет седмь сот и Четыредесять, и роди сыны и дщери.

И быша вси дние Каинановы лет девять сот и десять: И поживе Малелеил лет сто шестьдесят пять, и роди Иареда. И быша вси дние Малелеиловы, лет осмь сот и девятьдесят пять: И поживе Иаред лет сто шестьдесят два и роди Еноха.

И поживе Иаред, по еже родити ему Еноха, лет осмь сот, и роди сыны и дщери. И быша вси дние Иаредовы, лет девять сот и шестьдесят два: И поживе Енох лет сто шестьдесят пять, и роди Мафусала. Угоди же Енох Богу, и поживе Енох, по еже родити ему Мафусала, лет двесте, и роди сыны и дщери. И быша вси дние Еноховы лет триста шестьдесят пять. И угоди Енох Богу, и не обреташеся, зане преложи его Бог. При рассмотрении сего родословия должно обратить внимание: В рассматриваемой паремии обнимается время от Адама до седьмого патриарха — Еноха.

Адам родил Сифа через лет по своем сотворении. Сифу было лет до рождения от него Еноса; Еносу — лет до рождения от него Каинана; Каинану — до рождения Малелеила; Малелеилу — лет до рождения Иареда; Иареду года до рождения Еноха; Еноху до рождения Мафусала. Сложение сих чисел дает лет. Далее, за пределами рассматриваемой нами паремии, к сей сумме счисление прибавляет до потопа лет Быт 5, 26—32; 7, 6. Это по летосчислению в греческом и церковно—славянском тексте Библии, проверенному с древним самаритянским и Иосифом Флавием Библ.

Текст греческий в летосчислении допотопного мира дает около лет более, нежели еврейский, в котором каждый из первых шести патриархов является отцом на сто лет раньше, чем по счету еврейской Библии. Но к такому предположению не дает ни малейшего основания повествование Моисея. Нельзя также год Моисеев сокращать в три месяца до потопа и в восемь после потопа.

Повествуя о потопе, Моисей ясно полагает около 12 месяцев в году потопном Так, потоп начался в 17—й день второго месяца по—нашему — ноября на —м году жизни Ноевой и кончился в 27—й день второго же месяца на —м году жизни Ноевой Быт 8, 13 В промежутке между началом потопа и концом его, Моисей считает дней т. Какой смысл имела бы эта жалоба, если бы жизнь отцов продолжалась не , , лет, а только , , месяцев?

Один и тот же человек, об одних и тех же богооткровенных истинах и правилах мог слышать сам и рассказывать другим целые сотни лет. Так, например, Ной, живший до потопа около лет, мог беседовать с Малелеилом, а Малелил с Адамом.

Мафусал, умерший в год потопа, мог передавать современникам, что сам слышал от Еноса, сына Сифова. Не вымирало и то племя, в котором уготовлялось святое семя для духовного обновления всего человеческого рода.

Во всем патриархальном мире был один человек, который был изъят из общего закона. И угоди Енох Богу. Точнее с еврейского текста: О сем преложении Апостол говорит: Енох восхищен был прямо в состояние славы по самому телу, не испытав смерти и даже болезни.

Для чего сие чудо? Кроме того, сын Сирахов говорит: Енох учил современников покаянию не только примером своим и судьбою своею, но и проповедью: Апостол Иуда приводит его пророческие слова: Иудою пророческие слова Еноха, без сомнения, дошли до него по преданию, а не заимствованы из этой книги, где часть истины смешана со всякою ложью. Паремия, положенная на вечерне в пяток второй седмицы Великого поста Быт 5, 32; 6,1—8. Младшим из них был Хам Быт 9, Кроме Сима, Хама и Иафета у Ноя могли быть и другие дети, родившиеся раньше или позже их, но бытописатель о них не упоминает потому, что не им суждено было продолжить существование человечества после потопа.

Сам Ной был сын Ламеха, внука Енохова. Сие имя дал ему отец в чаянии, что при нем будет покой земле, обремененной проклятием Божиим Быт 5, И бысть егда начаша человецы мнози бывати на земли, и дщери родишася им: Видевше же сынове Божии дщери человечи, яко добры суть, пояша себе жены от всех, яже избраша.

Некоторые толкователи, даже из древних учителей Церкви Иустин, Афинагор, Тертуллиан, Лактанций разумеют здесь под сынами Божиими ангелов. Нетрудно предвидеть, какие могут быть последствия таких супружеств. И рече Господь Бог: Вот почему закон Моисеев впоследствии строго запрещал евреям вступать в браки с хананеянками Исх 34, Таковое нравственное состояние людей не могло быть терпимо долее.

Дух Божий не мог долее пребывать в людях плотских. Но сей приговор Божеского правосудия еще не есть решительный. Исполнение его долготерпеливый Господь отсрочивает на лет, давая грешникам время на покаяние 2 Пет 3,9. Подобное долготерпение Господь являл и в других случаях. Так, Он объявил Аврааму, что истребление аммореев отлагает на лет, пока не исполнится мера беззакония их Быт 15, 16 ; ниневитянам Он дал на покаяние 40 дней Иона 3, 4 ; Навуходоносору — один год Дан 4 , иудеям, отвергшим Христа, — 37 лет до разрушения Иерусалима.

Исполни же бяху на земли во дни оны: Исполины — это великаны, с необыкновенным ростом соединявшие необыкновенные богатырские силы. Таких исполинов было немало и до смешения племен, и после того, как сыны Божии стали вступать в супружества с дщерями человеческими. Священная история представляет примеры людей с исполинскию силою и ростом и после потопа, наприм. А где нет этого уважения, там попирается всякий общественный долг, там господствует всякого рода бесчиние.

Исполины оставили по себе память от века знаменитостию последнего рода. Видев же Господь Бог, яко умножишася злобы человеков на земли: Господь, как мы видели, призывая людей к покаянию, угрожал им, если не раскаются, истреблением. Исправления тем труднее было ожидать, что развращение проникло в глубину человеческого сердца, обратилось, можно сказать, в неискоренимую потребность его: Горько было Господу видеть людей в таком состоянии.

И помысли Бог, яко сотвори человека, и размысли. Что же, однако, значит усвоение Богу этого человеческого свойства? В том смысле, что сделанное Им оказывается, как Он и предвидел, несоответствующим более своему назначению. В сих словах содержится не условный, как в 3—м стихе, а уже решительный приговор Божий об истреблении людей, не внявших гласу благодати, призывавшей их к покаянию. Они произведены для человека; посему, когда не стало его, к чему оставаться им? И для того также они участвуют в наказании, постигшем нас, чтобы познали мы великость заслуженного нами гнева Божия.

Притом как за грех первого человека проклята была земля, так и теперь, когда человек осужден на истребление, тварь разделяет с ним казнь. Но сею особенною милостию к Ною растворяется гнев Божий на всех. В лице спасаемого Ноя и его сыновей сохраняется залог физического и духовного обновления человеческого рода после потопа.

Паремия, положенная на вечерне в понедельник третьей седмицы Великого поста Быт 6, 9— Теперь же замечается, чем Ной заслужил эту благодать, это благоволение Божие. Он был праведен, т. Теперь он снова упоминает о них, как о предназначенных к спасению от потопа вместе с отцом. От насилий нигде не было безопасности. Если сказано, что Бог увидел растление, осквернение земли, это значит не то, что Он только теперь заметил оное, — оно от века было известно Всеведущему, — а то, что теперь Он обратил на него особенное внимание.

И рече Господь Бог Ною: Господь определил погубить не только растленных обитателей земли, но и самую землю, т. Сотвори убо себе ковчег от древ негниющих четвероуголных: И тако сотвориши ковчег: Собирая сводом сотвориши ковчег, и в лакоть свершиши его свыше: Для проведения в ковчег света и воздуха надлежало быть в нем отверстию.

Оно и было, ибо ниже сказано будет Бытописателем, что до окончания потопа Ной открывал окно ковчега, которое сделал, и выпускал в окно сперва врана, потом голубиц 8, 6.

Вход в ковчег заповедано устроить в виде двери в боку его. Аз же, се, наведу потоп, воду на землю, погубити всяку плоть, в нейже есть дух жизни под небесем, и елика суть на земли, скончаются. Ковчег предназначается только для немногих единиц из разных родов животного царства, для сохранения сих родов. И поставлю завет Мой с тобою: Вступая в союз с Ноем, Господь, как видно из всего последующего, принимает на Себя обязательство и обещает сохранить Ноя с семейством во время потопа.

Господь, верный завету с Ноем и обещанию сохранить его во время потопа, заповедует ему, когда будет готов ковчег, войти в него со всем семейством, состоящим из 7 душ: И от всех скотов и от всех гад, и от всех зверей, и от всякия плоти, два два от всех введеши в ковчег, да питаеши с собою: От всех птиц пернатых по роду и от всех скотов по роду, и от всех гадов ползающих по земли по роду их, два два от всех внидут к тебе, питатися с тобою, мужеский пол и женский. С людьми должны быть сбережены от всеобщей гибели те бессловесные, которые назначены для распложения от них подобных им по окончании потопа, как сберегаются зимою в житницах семена на посев весной.

В ковчеге должны быть помещены: Ной в точности исполнил повеление Божие касательно сооружения ковчега и приготовления продовольственных запасов. Паремия, положенная на вечерне во вторник третьей седмицы Великого поста Быт 7, 1—5. В сей паремии идет речь о последнем, за семь дней до начала потопа, повелении Божием Ною вступить в ковчег. Рече Господь к Ною: Время, лет, данное на покаяние людям, протекло.

Люди не вразумлялись проповедью Ноя о покаянии и не страшились угрозы погибелью. Между тем ковчег уже был готов и осталось только семь дней до приведения в исполнение сей угрозы ст.

Теперь Господь повелевает ему с семейством вступить в ковчег, и тем прервать всякое общение с ними, уже обреченными на погибель. Господь подтверждает Ною, что спасает его от общей погибели потому, что его одного нашел праведным, т.

От скотов же чистых введи к себе седмь седмь, мужеский пол и женский: И от птиц небесных чистых седмь седмь, мужеский пол и женский, препитати семя по всей земли.

И теперь остается в силе прежнее распоряжение о введении в ковчег животных по паре, по четам, но прибавлено, что чистые животные должны быть в ковчеге не по одной чете от каждого рода, а по семи единиц от каждого рода, т.

Каких скотов и птиц считать чистыми, каких нечистыми, указано в законах Моисеевых: Но каким образом Ной мог отличить животных чистых от нечистых, прежде чем это различие указано в законе? Можно думать, что Ной получил о сем особое откровение от Бога. Ибо если еще до потопа люди научены были Богом приносить в жертву животных, то, конечно, Он же научил их, каких именно животных приносить в жертву. Закон Моисеев только утвердил то, что известно было в этом отношении прежде.

Еще бо дний седмь, Аз наведу дождь на землю Четыредесять дний и Четыредесять нощей: Ное же бе лет шести сот и потоп водный бысть на земли. Вниде же Ное и сынове его, и жена его, и жены сынов его с ним в ковчег, воды ради потопа. Итак, из всего рода человеческого только восемь душ спасаются от воды потопной 1 Пет 3, Оставшиеся вне ковчега через несколько дней должны погибнуть.

Подобная беспечность, по слову Христа Спасителя, будет пред вторым пришествием Его И от птиц чистых и от птиц нечистых, и от скот чистых и от скот нечистых, и от зверей , и от всех гадов пресмыкающихся на земли. Два два внидоша к Ною в ковчег, мужеский пол и женский, якоже заповеда Господь Бог Ною.

Собрание животных к ковчегу с разных концов света и в порядке было делом единственно воли Божией, облеченной всемогуществом. Паремия, положенная на вечерне в четверток третьей седмицы Великого поста Быт 7,11—24; 8,1—3. Бысть в шестьсотное лето в житии Ноеве, втораго месяца, в двадесять седмый день месяца, в день той разверзошася вси источницы бездны, и хляби небесныя отверзошася.

Снизу разверзлись вси источницы бездны, т. Подземные вместилища воды, по наблюдениям естествоиспытателей, столь огромны, что в сравнении с ними вся видимая нами и измеряемая вода так же незначительна, как вся видимая нами суша незначительна в сравнении с объемом всего земного шара.

Куда же девался этот избыток? Подземные воды, открывши себе всевозможные проходы на земле, под морями и реками, усилили воду морей и рек и подняли ее до необыкновенной высоты.

Это именно значит выражение: В настоящее время, при настоящем состоянии атмосферной влажности, это невозможно без возврата новых испарений из морей и рек, не мыслимого при проливном дожде.

По повелению Божию см. Ной так и поступил, как ему поведено ст. Один Бог был кормчим этого судна, один Он управлял его движениями и наблюдал за его безопасностью. Ной во всем предался воле Божией и спокойно обитал в ковчеге, как бы на твердой земле. Чего ему было бояться? Он жил в помощи Бога вышнего, в крове Бога небесного водворился. И возмогаше вода, и умножашеся зело на земли, и ношашеся ковчег верху воды.

Вода же возмогаше зело зело на земли: И умре всякая плоть движущаяся по земли, птиц и скотов и зверей, н всякий гад движущийся на земли, и всякий человек, и вся елика имут дыхание жизни, и все еже бе на суши, умре.

Хотя потоп был послан на землю собственно за грехи людей, но чтобы люди видели, как тяжка их вина, казнь за нее распространена на несмысленную тварь. Казнь эта тем поразительнее, что от нее погибло несметное множество животных.

Род человеческий, как произшедший от одной четы, не мог в течение двух тысяч с небольшим лет до потопа распространиться по всему лицу земли. По свидетельству геологических данных, люди до потопа даже в Европе не успели расселиться, не говоря о других более отдаленных частях света. Но животные буквально наполняли всю землю, потому что и сотворены были вдруг в огромном количестве; в истории о сотворении их не сказано, чтобы каждый род их явился на свет только в одной чете, и притом в одном месте, а сказано прямо, например, о животных сухопутных: Понятно, в каком огромном количестве они должны были расплодиться ко времени потопа.

Без сомнения, всемогущий Бог мог бы в один день, даже в одну минуту произвести то, что происходило в течение дней, и таким образом вдруг погубить людей, обреченных на потопление: Что не все погибшие в потопе погибли духовно, видно из того, что, по слову ап. Несомненно, что потоп при Ное был всемирный, а не ограничивался одною или несколькими странами.

Можно ли представить столь необыкновенное и столь продолжительное возвышение воды на каком бы ни было месте, не допустив, что уровень ее был тогда выше всей поверхности суши? Это обещание должно понимать так, что вперед не повторится потоп всемирный, подобный бывшему при Ное, — ибо частные, местные наводнения бывали и после Ноя. Писания о всемирном потопе подтверждается также преданиями древних народов указание на эти предания см.

Филарета в конце второго периода , и следами этого события, до сих пор видными на земле. На равнинах и по склонам гор на высоте 2 футов, как например в горах альпийских, разбросаны заносные камни, часто непомерной величины, такие, которые по своему составу не принадлежат к тем горным породам, на которых они покоятся ныне, и сходны с породами весьма отдаленными от них. И помяну Бог Ноя и вся звери, и вся скоты, и вся птицы, и вся гады пресмыкающияся, елика беху с ним в ковчезе: Но человек, постигнутый горем и лишениями, может иногда тревожиться опасениями, не забыл ли его Бог, помнит ли о нем, не перестал ли заботиться о нем.

Живя безвыходно и долго в ковчеге и не видя конца бедствию потопа, все более усиливающегося, Ной мог по временам предаваться грустным мыслям о своем положении и о положении заключенных с ним в ковчеге существ, хотя эти грустные мысли не переходили в ропот на Бога и не изменяли господствующего в нем настроения души, преданной Богу, верующей и уповающей на Него,.

Под влиянием их Ной, естественно, желал скорейшего прекращения своего как бы темничного заключения, и мог говорить перед Богом: Будет ли конец нашей тесноте? Не забыл ли Ты нас, Господи? Проходы воды из подземных водоемов закрылись, следственно, устранена главная причина возрастающего наводнения. Что касается до хлябий небесных, то действие их сильно было, собственно, только в первые 40 суток от начала потопа, когда шел из них непрерывный проливной дождь.

Гонимые ветром воды стали постепенно убывать на суше и возвращаться к первоначальным своим вместилищам: Такая убыль воды на суше началась ровно по истечении дней после 27 дня второго месяца, когда пошел потопный дождь.

Паремия, положенная на вечерне в пяток третьей седмицы Великого поста Быт 8, 4— В сей паремии повествуется об окончании потопа при Ное, об изшествии Ноя из ковчега и о жертвоприношении Ноевом.

Из двух главных вершин Арарата одна называется большим Араратом в 17 ф. Тигр, Евфрат, Геон и Фисон. Вода же уходящи умаляшеся даже до десятаго месяца: И бысть по четыредесятих днех отверзе Ное оконце ковчега, еже сотвори, и посла врана видети, аще уступила вода от лица земли: Сам Ной не мог лично разведать о состоянии земли потому, что вне ковчега все подернуто было туманом от испарений, поднимаемых с земли солнечным жаром, и потому трудно было составить понятие о состоянии земли, тем паче, что и неудобно было наблюдать из узкого отверстия в кровле судна.

Опыт этот, впрочем, не удался. Посему чрез ворона нельзя было узнать, открылись ли равнины, и насколько открылись.

Read More »

Е. Маурин. Избранное в 2 томах (комплект) Е. Маурин

Луиза Кларк приезжает в Нью-Йорк, готовая начать новую жизнь. И попадает в другой мир, в…. Однажды утром пенсионерка Александра Калинкина обнаружила, что чудесным образом…. В точке Лагранжа между Землей и Солнцем зафиксирована гравитационная аномалия. Три долгих года Татьяна живет на маленьком, отрезанном от цивилизации северном острове….

Холодные просторы космоса таят в себе много тайн, но только самые невероятные разгадки…. Выжившие в огненном аду битвы у мертвой реки, они ушли дальше. Скрываясь и убегая от…. Футболист национальной сборной Юрий Столешников в ответственный момент не забивает…. Сильви и Дэн — идеальная пара. В восьмую годовщину свадьбы они идут на прием к врачу и…. Что может быть проще, чем охранять живущего в Италии сына российского олигарха, которому….

Меня зовут Лютеция, но для всех я просто Лютик. Мне семнадцать лет, и как, наверное,…. В году, когда царская семья ждала решения о своей участи в печально известном доме…. Всегда ли рождение ребенка — счастье?

Об этом не принято говорить, но бывает так, что…. Алина считает, что ее жизнь сложилась очень удачно: У Лорен Вудман необычный талант — видеть пропавших людей.

Их образы настигают ее…. Дуглас Ричардс — легенда современного технотриллера. Критики в один голос называют его…. В приближение войны с татарами на Руси по-прежнему никто…. Страна стремительно катится в пропасть. Чертов для заочников решебник Физика: Околостуденческое Новости образования Тонкий студенческий юмор Полезные файлы Обмен ссылками.

А может и не интересно. Наши контакты Связь с администрацией. В представленных на страницах двухтомника произведениях рассказывается об удивительной судьбе французской актрисы Аделаиды Гюс, женщины, через призму жизни которой можно проследить за ключевыми событиями того времени.

В первый том вошли романы "Могильный цветок" и "Возлюбленная фаворита". Во второй том вошли романы: Дневник книготорговца Байтелл Ш. Шпионка поневоле Быстрова М. Про девушку, которая была бабушкой Нестерова Н. Адаптация графического романа Пак Г. Путь повстанца Рэвис Б. Колыбельная звезд Уайт К. Выпуск 10 Исаяма Х. Меняя лица Хармон Э. Первому игроку приготовиться Клайн Э. Истории о том о сём Хэнкс Т.

Макбет Несбе Ю Братья. Том 1 Семенова М. В пяти томах комплект из 5 книг Маурин Е. Книжный Клуб Книговек Год издания: Твердая бумажная Все характеристики. Купить Добавить в закладки Посмотреть наличие в магазинах.

Read More »

Энциклопедия уголовного права. Том 2. Уголовный закон

Закоченею, 19 декабря 2013 года Здравствуйте. Вот Володя сел в поезд и начал маленько проявлять. Под покровом ночи он отбыл в Швейцарию, попал в опалу и был отправлен в изгнание в провинцию.

Алеша, куда и как он пошел. Во время разговора по телефону не работает мобильный интернет.

Read More »

Властелин Колец. Трилогия. Том 2. Две твердыни Джон Р. Р. Толкин

Читается легко и быстро, буквально на одном дыхании. К тому же карты не очень большие, поэтому в них Я старше 18 лет, принимаю условия работы сайта, даю согласие на обработку перс. Подарки к любому заказу от р. Вступить в Лабиринт У меня уже есть код скидки. Здесь будут храниться ваши отложенные товары. Вы сможете собирать коллекции книг, а мы предупредим, когда отсутствующие товары снова появятся в наличии! Вступить в Лабиринт У меня уже есть аккаунт.

Ваша корзина невероятно пуста. Не знаете, что почитать? Здесь наша редакция собирает для вас лучшие книги и важные события. Сумма без скидки 0 р. Вы экономите 0 р. Путешествуем с котом Батоном. Забирайте заказы без лишнего ожидания. Толкин Джон Рональд Руэл: Аннотация к книге "Властелин Колец.

Отложить Мы сообщим вам о поступлении! Жемчужины мировой классики в кармане. Собака Баскервилей 4 рец. Приключения Гекльберри Финна 3 рец. Приключения Тома Сойера 2 рец. Крошка Цахес по прозванию Циннобер 3 фото. Гофман Эрнст Теодор Амадей. Неведомый шедевр 4 рец. Рассказы о Шерлоке Холмсе 4 фото. Рецензии и отзывы на книгу Властелин Колец. К тому же карты не очень большие, поэтому в них я все время путаюсь. Прилагаю фото первых страниц книги для ознакомления.

Все отзывы и рецензии 6. Штурм и буря 6 фото. Скандинавские боги 33 рец. По ту сторону отражения. Музыкальный приворот 14 фото. Сердце Оххарона 11 фото. Путь власти 12 фото. Сбежавшая игрушка 1 рец. Ореховый лес 10 фото. Шестерка воронов 13 рец. Страшные сказки закрытого королевства 7 рец. Заказ вожака 18 рец. Книги автора Толкин Джон Рональд Руэл.

Письма Рождественского деда 17 рец. Толкин Джон Рональд Руэл. Хоббит, или Туда и Обратно 43 рец. Братство кольца 27 рец. Толкин с рисунками Д. Две крепости 13 рец. Иди в Минас Тирит, защищай мой народ. Немногим выпадала на долю такая победа. Минас Тирит не покорится врагу.

И нет нашего отряда. Напрасно, Гэндальф, ты понадеялся на меня. В Минас Тирит, как завещал этот воин и как говорит мое сердце? Но как же Кольцо и Хранитель? Как найти, как спасти его? Таким, на коленях, склонившимся в слезах над Боромиром, застали его Леголас и Гимли. Они бесшумно спустились с западного склона горы.

Гном сжимал топор, а эльф вытащил кинжал - стрел у него больше не было. На поляне они остановились в изумлении и скорби: Почему нас не было здесь?! Куда вы ранены, друг мой?

Я был наверху, а он пал, защищая наших друзей. Боромир, умирая, сказал, что орки схватили их, но не убили. Я послал его охранять Мерри и Пиппина, а о Фродо он уже ничего не успел сказать. Что бы я ни делал сегодня, все не так! Какой трудный выбор нам предстоит! Искать его или спешить на помощь Мерри и Пиппину?

Великая Река сама позаботится о нем, и ни одна гнусная тварь не осквернит его праха. Орки не посмели тронуть нуменорские клинки - на них гибельные для Мордора чары. Значит, если хоббиты живы, то безоружны. Я возьму все это с собой и постараюсь вернуть владельцам. Но первая же стрела, которую он поднял, заставила его задуматься, потому что обычно стрелы орков были короче и сделаны иначе. Насколько я знаю орков, эти пришли с севера, от Мглистых Гор, а вот эти до сих пор мне не попадались.

И оружие у них совсем иное. Среди убитых было четверо воинов, обличьем совсем не схожих с орками: Мечи их были широкими и прямыми, тогда как орки признавали только кривые ятаганы. Самшитовые луки были такими же, как у людей. Орки Барад Дура носят знак Багрового Ока.

Значит, Изенгард охвачен тьмой и Западу грозит опасность. Этого и боялся Гэндальф. Значит, Саруман знает о нашем походе, а может, и о гибели Гэндальфа.

Саруману служат даже птицы, ему многое ведомо. А морийские орки, видно, обогнули Лориен и все время шли за нами, пока не повстречались с изенгардскими. Они срубили несколько жердей, связали их тетивами, сверху набросили плащи. Уложили на носилки тело Боромира и отнесли на берег Реки. Сюда же принесли принадлежащие ему трофеи. Арагорн остался у воды, а Леголас и Гимли поспешили к Порт Галену, где остались лодки, и спустя некоторое время подогнали их к стоянке.

Они грудой свалили на дно лодки мечи и шлемы врагов и уложили Боромира на это боевое ложе, подложив ему под голову свернутый плащ. В ногах положили разрубленный рог и сломанный меч. Потом, ведя погребальную лодку на буксире, поплыли вдоль берега, пока не миновали зеленый луг Порт Галена, после чего перерезали веревку, связывавшую обе лодки. С рассыпанными по плечам темными кудрями, сверкая золотым лориенским поясом, Боромир лежал спокойный и светлый, и Андуин уносил его, пока они удерживали свою лодку против течения.

Отвесные скалы Тол Брандира сверкали в лучах полуденного солнца. Золотая дымка водяных брызг стояла над ним. Лодка Боромира темной точкой мелькнула в этом сиянии и исчезла.

Река унесла сына Денетора, правителя Гондора, и больше уже никто и никогда не видел его стоящим на вершине Белой Башни. Но и много лет спустя в Гондоре рассказывали, как эльфийская лодка с телом Боромира спустилась по водопаду, миновала Осгилиат и мосты на Реке и ушла в Великое Море.

Что ж… путь Боромира завершен, а наш еще даже не выбран…. Одна, побольше и потяжелее, Сэмова. Фродо ушел на лодке вместе с Сэмом. Думаю, что Фродо вернулся, когда никого из нас не было. Я велел Сэму идти за мной, но он, видно, не послушался, потому что догадался о намерениях Фродо. Да, от Сэма так просто не отделаешься. Но самому ему нужно было идти. Видно, что-то заставило его преодолеть сомнения и страхи.

Он решил не говорить о последних словах Боромира, понимая, что именно они испугали Фродо и заставили уйти одного. А свою сумку мог взять только Сэм, значит, они ушли вместе. Если мы будем искать Фродо неизвестно где, то пленников ждет мучительная смерть. Мое сердце ясно говорит, что судьба Хранителя больше не зависит от нас.

Отряд сделал для него все что мог. Но пока у нас есть силы, мы не бросим друзей в беде. Мы пойдем налегке и будем спешить. Прежде чем покинуть Порт Гален, они вытащили из воды последнюю лодку и отнесли к деревьям, сложив под ней ненужные теперь вещи.

Погоня будет долгой, а мы уже потеряли много времени. И - горе врагам, если мы их настигнем! Пусть три народа - Эльфы, Гномы и Люди - сочтут наш поход подвигом. Вскоре и лес и Андуин скрылись в тумане. Только скалы впереди отбрасывали четкие черные тени в причудливом лунном свете. Нагорье Эмин Майл тянулось с севера на юг двумя хребтами, западные склоны которых были заметно круче восточных.

Всю ночь друзья карабкались вверх по скалам, спускались в ущелья первого хребта, с трудом отыскивая следы меж голых камней. В тихий, холодный предрассветный час отдохнули немного, а с первыми проблесками зари снова были на ногах. Внезапно Арагорн остановился в замешательстве.

Орочья тропа спускалась в долину между хребтами и там терялась. Однако примерно с милю они прошли на север без видимых успехов. Справа высилась отвесная скалистая стена, слева более полого поднимались серые сумрачные склоны.

Арагорн тщетно пытался отыскать след. Леголас шел чуть впереди. То, что они поначалу приняли за груду камней, оказалось жестоко изуродованными, обезглавленными трупами орков. Земля вокруг пропиталась темной кровью. Разве что случайные охотники… Только, по-моему, все гораздо проще. Все убитые - гоблины-северяне.

Среди них нет больших орков с гербами Сарумана, из тех, которых мы видели у реки… Должно быть, о дороге поспорили. Арагорн тщательно осмотрел все вокруг, но ничего интересного не обнаружил. Они снова двинулись в путь. Гасли ночные звезды, небо начинало светлеть. Глубокий узкий ручей прорезал долину. Берег порос травой и редким кустарником.

Вверх по ручью вел четкий орочий след. Забыв про усталость, друзья, перепрыгивая с камня на камень, карабкались по уступам и наконец оказались на гребне горы. Холодный ветер обдал им лица. Позади, за Рекой, над дальними холмами появилась красная полоска рассвета. Перед ними, на Западе, земли лежали еще сонные, серые, неясные; там постепенно таяли ночные тени, возвращая краски пробуждающейся равнине. Малахитовой зеленью наливались просторы Рохана; мерцали туманами речные поймы; а слева, лигах в тридцати, темно-синие и пурпурные, вставали Белые Горы.

Пики заснеженных вершин горели теплым розовым светом. А пока - не судьба мне повидать твои сверкающие реки…. Гребень нагорья, на котором они стояли, резко уходил вниз. Фатомах в двадцати виднелась широкая неровная полка, обрывающаяся почти отвесной скалой. Эту часть Эммин Майл называли Восточной стеной Рохана. За ней, насколько хватало глаз, тянулись зелёные равнины рохирримов. Похоже, возвращается на север. Как высоко он летит! Посмотри-ка лучше вон туда, добрый эльф, что там за движение на равнине?

Правда, на ровном месте расстояние скрадывается…. Тропа шла на север вдоль гребня, потом спускалась в расщелину, промытую горным ручьем, и крутыми ступенями выходила на равнину. По следам было видно, как торопятся орки. Иногда попадался изодранный черный плащ или разбитый на камнях сапог. Перед ними расстилались необозримые луга Рохана - волнующееся море густой высокой травы. Воздух был чистым и ароматным, словно в преддверии весны.

Леголас вздохнул полной грудью, лицо его стало светлым и лучистым. Я устал на камнях, но здесь силы снова возвращаются ко мне. Они мчались, словно гончие псы по горячему следу. И здесь к ним дошла первая весточка от пропавших друзей. В сторону от вытоптанной орками тропы отходил след маленьких босых ног, перекрытый тяжелыми отпечатками сапог погнавшегося за беглецом орка. Там, где первые следы исчезали, Арагорн поднял из травы зеленую с серебром пряжку в виде букового листа.

Это не потеря, это - знак для нас. Кто-то из хоббитов специально отбежал в сторону, чтобы оставить его. По крайней мере, мы на верном пути. Солнце перевалило за полдень и медленно ползло к закату.

С юга набежали лёгкие облакча, но ближе к вечеру от них не осталось и следа. Закатные тени протянули к друзьям длинные чёрные руки. Двенадцать лиг отделяли их от Восточной Стены, но теперь орков на плоской как стол равнине не видел даже зоркий эльф. Вдруг кому-то из пленников удастся сбежать, или вдруг его поволокут - ну, скажем, на восток, к Великой Реке, - а мы проскочим след и не заметим.

Застёжки, например, точно бы не нашли. А если уж отдыхать, так лучше всего в слепую ночь. Он надолго умолк, словно пытаясь высмотреть в темноте что-то сначала на севере, потом на западе, и наконец объявил своё решение:. В таком мраке мне никаких следов не разобрать.

Луна молодая, света от неё никакого, да и садится рано. А наша погоня - только незначительный, а то и бессмысленный, эпизод, и решения мои на самом деле ничего не решают. Арагорн заснул, едва успев лечь: Гимли тоже уснул, где сел. Только Леголас провел ночь без сна, глядя на звезды. Запахи трав и звездный свет были для эльфа лучшим отдыхом. Куда громче топот копыт. Он чудился мне всю ночь, но тогда кони скакали на запад, а теперь повернули к северу. Так начался третий день погони. Погода менялась; тучи то затягивали небо, то уступали неуверенному зимнему солнцу.

Теперь Арагорн, Леголас и Гимли двигались цепью, поодаль друг от друга. Эльфийские плащи потускнели, приняв цветсеро-зелёной травы, и даже в бесстрастном полуденном свете скрывали путников от любопытных глаз. Они бежали молча, не замечая усталости, не останавливаясь даже для еды, и благодарили в душе Владычицу Лориена за щедрый дар. Лембас прибавлял сил, и его можно было есть на бегу. В конце дня далеко впереди показались невысокие холмы. Орочья тропа начала забирать к северу; на твёрдой, с редкой короткой травой земле следы читались уже не так отчётливо.

Слева в отдалении серебряной нитью по изумрудной канве вилась Энтова Купель. И нигде - ни звука, ни шороха, ни живой души. Рохирримы жили дальше к югу, у лесистых отрогов Белых Гор, а здесь, на восточных пастбищах, даже зимой со стадами и табунами кочевали пастухи.

Странное запустение всё больше беспокоило Арагорна. К вечеру за спиной осталось около двадцати четырех лиг, и нагорье Эмин Майл скрылось из глаз. Небо затягивалось, и сам воздух вокруг помрачнел. Тонкий серп месяца пробивался сквозь лёгкую дымку, мерцали звёзды. Боюсь, они уже в лесу. Я не доверяю даже этой блеклой луне и тусклым звездам. И я очень устал, хотя путь ясен, а других причин для беспокойства у Следопыта и быть не может, а вот поди ж ты… Видно, и вправду чья-то воля подгоняет наших врагов, а перед нами создает незримую преграду.

Я чувствую это по тому, что усталость - не в теле, а давит на сердце. Зло - оттуда, - и он махнул рукой на север. Хотя остановиться все-таки придется. Вон, даже месяц скрылся. Утром двинемся на север! Они достигли холмов за час до полудня. Зелёные склоны постепенно превращались в скалистый гребень, уходивший почти точно на север. Левее, ближе к реке, миль на десять тянулись болота. Среди них, в зарослях тростника и рогозы, текла Энтова Купель.

У южного склона холма обнаружился круг плотно утоптанной земли. Орочья тропа выходила из круга и вела на север, вдоль склона. Арагорн сосредоточенно вглядывался в следы. Может, забраться на холм? К закату холмы почти остались позади. Теперь они двигались медленно. Надежда таяла, а вместе с ней таяли и силы Гимли. Арагорн шагал рядом с ним, мрачный и молчаливый.

Он то и дело наклонялся и рассматривал следы, тщетно надеясь на удачу. Только поступь эльфа была по-прежнему легка. Невысокий зелёный холм стоял на особицу, поодаль от основной гряды. Солнце село, и вечерние тени словно задёрнули всё вокруг серыми занавесями.

Мир разом утратил краски и сёткость очертаний. Только на северо-западе мрак казался гуще: Человек и гном спали беспокойно, а эльф так и не прилёг, пребывая в светлой грезе наяву, ведомой только этим чудесным существам.

Иногда он принимался тихонько петь, и тогда в небе проглядывали звезды. Под утро восточный ветер разогнал туман и, когда рассвело, с макушки невысокого холма преследователи увидели все те же необъятные луга, темный лес лигах в десяти к северо-востоку, а далеко на севере - пики Мглистых Гор над серыми тучами.

Из леса вытекала река. Следы сворачивали к ее обрывистому берегу. От зорких глаз Арагорна не укрылось какое-то движение вдали, на фоне зелени, между рекой и лесом. Леголас, стоявший рядом с ним, прикрывая глаза красивой рукой с длинными тонкими пальцами, разглядел гораздо больше.

Тот, кто ведет их, очень высокий. Лигах в пяти от нас. Будем ждать их или пойдём своей дорогой? Всадники, мне кажется, возвращаются по следу орков. Может быть, мы услышим от них что-нибудь новое. Чувствуя тревогу гнома, незнакомого с людьми Рохана, Арагорн коротко рассказал ему о здешнем народе. По его словам, Всадники, хотя и отличаются вспыльчивым нравом, но великодушны и отважны, горды, но не жестоки, умны, и если не знают письменности, то помнят былины и слагают песни, как велось по всему Среднеземью до начала Темных Лет.

Они в дружбе с Гондором и, уж во всяком случае, не любят орков. Говорили, что они платят дань Мордору, но Арагорн этому не верил. Между тем всадники были уже совсем близко.

Тропа, петлявшая вдоль берега реки, в этом месте резко сворачивала к холмам. Всадники вырвались из-за поворотас лязгом и грохотом и помчались вдоль западных склонов к югу. Они ехали стройными рядами по двое на красивых сильных конях. Короткая серая шерсть благородных животных блестела, хвосты развевались по ветру, заплетенные гривы подрагивали. Наездники были им под стать.

Рослые, стройные, светловолосые воины в блестящих кольчугах держали длинные ясеневые копья, за спиной у них были расписные щиты, у пояса - длинные мечи. Они ехали мимо, не замечая путников. Отряд почти миновал их, когда вдруг Арагорн встал во весь рост и громко окликнул воинов:. Отряд мгновенно, без команды, развернулся в кольцо, сомкнувшееся вокруг троих друзей. Острия копий были направлены на них. Предводитель отряда приблизился к Арагорну и на Всеобщем языке потребовал назваться.

Всадник соскочил с коня, передал копье подъехавшему товарищу и, положив руку на рукоять меча, стоял теперь лицом к лицу с Арагорном, с удивлением разглядывая его. Но кто же так охотится на орков?

Доведись вам повстречать их, сами станете добычей. Однако в вас есть что-то загадочное… Почему мы вас не заметили? Но если вы в дружбе с ней, значит, и сами колдуны и волшебники! Но для тебя, пришелец, пожалуй, сделаю исключение. Я - Йомер, сын Йомунда, правитель Остфолда. А теперь жду, что скажешь ты! Я - гном Гимли, сын Глоина, и я запрещаю тебе непочтительно отзываться о правительнице Лориена!

Только невежество может извинить, тебя! Йомер всё же потянулся к мечу, и неизвестно, чем бы это кончилось, если бы Арагорн не встал между ними. Выслушай нас, прежде чем браться за меч. Может быть, тогда тебе станет понятен гнев моих спутников. Но чужеземцам стоило бы поумерить свой пыл в эти смутные дни. Для начала скажи свое настоящее имя. Но между нами нет и войны. Мы - свободный народ, всегда жили свободно и хотим сохранить свободу, а не прислуживать хозяевам, будь они злыми или добрыми.

Но сейчас границы наши в опасности, и чужеземцам закрыт путь в пределы страны. А теперь я хочу знать, кто вы? И по какому праву оказались на земле Рохана? Орки - мои враги. Я знаю о них куда больше многих, а сейчас преследую их отряд, захвативший двух наших друзей. У нас нет коней, в погоне мы полагаемся лишь на свои ноги, а в подобных случаях надо ли спрашивать о праве?

Врагов я считаю только мечом. Как видишь, я не безоружен. Вот возрожденный меч Исилдура. Теперь ты знаешь, кто я, а я хочу знать, помощи или помехи ждать мне от вас? Леголас и Гимли в огромном изумлении смотрели на своего товарища. Они никогда не видели его таким. В его властных чертах появился отблеск невиданной силы и величия, напомнивший о каменных королях Аргоната.

Эльфу показалось, что над головой Арагорна сверкнул венец, о котором когда-то рассказывал Гэндальф. Но какие же заботы привели вас сюда с Севера? Либо он выступит на стороне Сарумана, либо против него. Отныне никто не сможет жить так, как жил, и вряд ли кто сохранит то, что считал своим… Но об этом позже.

Скажи мне, что стало с орками? Мы сочли и обыскали убитых, потом сложили трупы и сожгли их, как велит обычай. В них говорилось о полуросликах. Наши хоббиты - те самые полурослики и есть. А мы-то здесь, при свете дня, на зеленой земле. Из зеленой земли родились все легенды, хоть ты и топчешь ее при свете дня…. Собери йоред у тропы, скоро выступаем.

Люди Рохана не лгут, поэтому их трудно обмануть. Но ведь вы сказали далеко не все. Мне нужно принять решение, а я знаю пока очень мало. У моих товарищей была другая задача. Сейчас о ней говорить ни к чему. А возглавлял отряд Гэндальф Серый.

Каждый раз вслед за его появлением происходили странные события. Кое-кто говорит, что Гэндальф - недобрый вестник. Да и то сказать: До тех пор мы считали Сарумана другом, а Гэндальф предупредил, что в Изенгарде готовятся к войне. Он говорил, что сам еле спасся из Ортханка, и просил о помощи. Но Теоден не внял ему, только разрешил взять коня, и старик ушел. Гэндальф выбрал самого лучшего коня во всей стране, это был наш драгоценный Сполох… Семь ночей назад конь вернулся, да только теперь он не признает ничьей руки.

Я вел отряд через Лориен вниз по Великой Реке до водопадов Рэроса. Убивших его орков уничтожили вы. Достойный человек и отважный воин! Когда же это случилось? Однако как же мне быть теперь? Мы не нарушим союза с Гондором. Под моей рукой - Восточные пределы Рохана, и я говорю за весь Остфолд.

Мои люди и кони ушли за реку, здесь остались лишь дозоры. Темный Владыка как-то пытался купить у нас коней, но мы ему отказали.

Тогда его орки стали красть лошадей, и всегда только черных, сегодня в табунах они редкость. С орками мы рассчитаемся, но сейчас главная опасность - Саруман. Он хочет поработить мою страну; ему служат и орки, и оборотни, и даже дикари. Его отряды перекрыли Гриву Рохана, мы окружены с востока и с запада.

К тому же Саруман - могучий маг, он принимает любые обличья. Последнее время его видят то там, то здесь в образе старика в плаще с капюшоном. Боюсь у него есть сообщники не только в Изенгарде. Впрочем, сами увидите, когда придёте в королевские палаты. Провидение послало вас мне в час нужды и сомнений. Сыновья Йорла почтут за честь сражаться рядом с Наследником Элендила. Наши границы в огне, там война, я боюсь, что для нас она кончится плохо. Я ушел в поход без ведома короля.

Без моей дружины Эдорас не выстоит, но три ночи назад мне сообщили об отряде орков, спустившемся с нагорья.

Там видели много щитов со знаком Сарумана. Я заподозрил самое плохое - союз Ортханка с Темной Крепостью, и сразу повел йоред , мою дружину. Два дня назад мы перехватили орков на подступах к Лесу Фангорна. Мы потеряли пятнадцать всадников и двенадцать коней - врагов оказалось куда больше, чем мы думали. К ним подошел на помощь отряд с востока - их тропа проходит чуть севернее, - а в лесу их ждали здоровенные орки со знаком Белой Руки.

Мы сделали свое дело, но слишком задержались. Надо немедленно возвращаться… - Йомер помолчал и неуверенно добавил: У меня есть свободные кони. Возрожденному мечу, эльфийскому луку и гномьему топору будет работа. Надеюсь, эльф и гном простят меня за необдуманные слова о Владычице Золотого Леса. Я ведь только повторил, что говорят у нас. Я боялся, что их убили и сожгли вместе с орками; ты уверил меня, что это невозможно.

Быть может, их утащили в лес ещё до сражения, пока вы не успели окружить врагов. Эльф бродит под руку с гномом, люди гостят у Владычицы Золотого Леса и остаются в живых, а меч, сломанный в прадедовские времена, снова в бою! Как быть теперь человеку? И эльфы, и гномы судят о них одинаково. В Золотом Лесу человек различает их так же, как в отчем доме. Но как я могу следовать ему? Наш закон не позволяет чужеземцам бродить по стране без разрешения Короля, а в такое тревожное время он должен выполняться неукоснительно.

Я просил вас отправиться со мной, вы отказались. Не сражаться же нам всем йоредом против троих! Я бывал в Рохане, и не однажды, только звали меня иначе и выглядел я… получше. С тобой мы не встречались, но я знал твоего отца, Йомунда, знаю и Теодена, сына Тенгеля. В те дни мне не стали бы мешать спасать друзей. Я должен идти за ними. Решай же, Йомер, поможешь ты нам или поступишь по законам твоей страны? В такое тревожное время закон не позволял чужеземцам бродить по стране без разрешения правителя.

Это докажет, что я не ошибся в вас. Честь и жизнь моя в ваших руках, - добавил он. Среди всадников поднялся ропот недовольства, когда Йомер приказал дать чужеземцам свободных коней. Йотэйн, оруженосец, высказал общее настроение:. Йомер быстро восстановил порядок. Арагорну подвели рослого темно-серого коня. Со своего - легконогого и ретивого - Леголас попросил снять седло и уздечку. Мгновение спустя он был уже верхом и, к удивлению Всадников, строптивый конь под ним не шелохнулся.

Гимли уцепился за товарища так же, как недавно цеплялся Сэм за борта лодки. Прощаясь, Гимли не преминул напомнить Йомеру, что спор о прекрасной Владычице Лориена еще не закончен. Роханские кони недаром славились быстротой. Когда Гимли спустя несколько минут оглянулся, дружины Йомера уже не было видно.

Арагорн, припав к шее коня, всматривался в траву. Вскоре они достигли места, о котором упоминал Йомер, - к основной тропе вела тропка с востока. Арагорн спешился и тщательно осмотрел все вокруг. Зато следы с востока просматриваются отчётливо, и ни один след не отходит назад, к Андуину.

Вот здесь орки заметили Всадников. Они могли попытаться увести хоббитов прежде, чем их перехватят. Теперь придётся ехать медленнее. Я хочу убедиться, что никто не сворачивал с основной тропы.

Новых троп действительно не было, но чем дальше, тем чаще то слева, то справа встречались цепочки следов, в конце каждой непременно лежал пронзенный серой стрелой орк. Уже в сумерках на краю Леса Фангорна друзья нашли место, где закончилось сражение. Рядом грудой лежали изрубленные шлемы, щиты и копья.

Посредине на колу торчала голова огромного орка с белым знаком на помятом шлеме… Дальше, там, где из леса вытекала река, высился свежий курган. Из зеленого дерна в небо смотрели пятнадцать копий. В сгущающейся тьме друзья обошли поле битвы. Ни единого следа хоббитов не было видно. Пожалуй, прав был Элронд, когда не хотел их отпускать. Я хочу осмотреться здесь при полном свете. Они устроились подальше от кострища, под раскидистым деревом, похожим на каштан.

Бурые прошлогодние листья напоминали высохшие старческие ладони с длинными ревматическими пальцами. Они жалобно шуршали от ночного ветра. Пусть хоть все орки слетятся сюда, как мотыльки на свет! Здесь нельзя трогать деревья.

Что им до гнева Фангорна! А нам, похоже, предстоит идти туда. Только не трогайте живые деревья. Арагорн сидел, прислонившись спиной к дереву, погруженный в свои мысли. Леголас стоял чуть поодаль, вслушиваясь в невнятные лесные звуки. Пламя костра бросало отблески на ближние ветви. Леголас и Арагорн придвинулись к костру. Огромный лес у них за спиной, темный и неведомый, казалось, жил своей тайной жизнью.

И Боромир слышал, что об этих лесах ходит дурная молва…. Но если уж Народ Сумеречья ничего не знает, что с человека спрашивать? Люди зовут их энтами, - молвил Леголас. Он был, когда Люди еще не пробудились, а здесь бродили лишь Перворожденные.

Но о тайнах Фангорна мало кто ведает. Распределили дежурства, первое досталось Гимли. Арагорн заснул сразу же, едва успев невнятно пробормотать:. В Лесу Фангорна не поднимай топор на живое дерево. И за валежником далеко не ходи. Пусть лучше костёр погаснет.

Леголас по обыкновению пребывал в грезах между сном и явью. Гимли долго сидел у костра, задумчиво трогая пальцем лезвие топора. Внезапно что-то не заставило гнома поднять голову. У самого края светового круга кто-то стоял.

Прикрыв глаза от пламени костра, Гимли присмотрелся и увидел старика, закутанного в плащ и с посохом в руке. Слова Йомера о Сарумане молниеносно промелькнули в памяти гнома. Гимли вскрикнул и вскочил.

Следопыт и эльф в то же мгновение оказались рядом. Старик не шевельнулся и не произнёс ни слова. Но старик исчез, не оставив следов. Издали едва слышно донеслось их звонкое ржание. Удрученные этим новым несчастьем, все трое молчали. Одни, в колдовском Лесу Фангорна, без Всадников, единственных союзников в этой стране, а теперь и без лошадей - было от чего прийти в отчаяние. Придется обойтись без них.

Пешими отправились мы на поиски, пешими и будем их продолжать. Он долгомолчал, прежде чем заговорить о том, что мучило всех троих. Именно так описал его Йомер.

Это он увел наших коней. Дальше будет ещё хуже, попомните мои слова. Как бы там ни было, опасность, видно, близка. Мне нужно подумать, я посижу у костра. Арагорна сменил Леголас, под утро снова дежурил Гимли. Но больше ничего не произошло. Не вернулись и кони. Пиппин забылся тревожным сном. Во сне он отчаянно звал Фродо, но слабый голос терялся в черных переходах. Внезапно сотни оскаленных морд появились из темноты, сотни мерзких лап вцепилось в него.

Куда же делся Мерри? Холодный ветер дохнул в лицо, и Пиппин очнулся. Он лежал на спине. Смеркалось, небо над головой постепенно темнело. Он попробовал повернуться и понял, что действительность не лучше мучившего его кошмара. Ноги и руки были стянуты ремнями, все болело. Мерри лежал рядом, бледный, с головой, обмотанной грязной тряпкой. Вокруг расположилась большая стая орков. Память постепенно возвращалась, отделяясь от видений.

Пиппин вспомнил, как они с Мерри сломя голову бросились в лес. Что на них нашло? Почему они не послушались Арагорна? Они мчались куда-то и звали Фродо - и вдруг оказались посреди орочьей стаи. С деревьев на них посыпались десятки гоблинов. Хоббиты выхватили мечи, но орки старались лишь схватить их и избегали драки, даже когда Мерри отрубил несколько хищных лап.

Боромир пробился к ним на выручку. Теперь-то оркам пришлось отступить! Но вернуться хоббиты не успели. Орки напали снова, теперь их было не меньше сотни. Град стрел обрушился на Боромира. Воин протрубил в рог, и лес загудел в ответ. Орки в ужасе подались было назад, но лишь эхо ответило рогу, и они атаковали снова, еще яростнее… Больше Пиппин ничего не помнил.

Последнее, что он видел, - прислонившегося к дереву Боромира, вырывающего стрелу из плеча. И что сталось с Боромиром? Почему орки нас до сих пор не прикончили? А ещё любопытно бы узнать, где мы оказались, и куда нас тащат? Он замерз и устал. Теперь мешок украли и тащат орки. Как же всё-таки выпутаться? Он немного повозился, - путы держали крепко. Орк, сидевший поблизости, ткнул в его сторону пальцем и с хохотом объяснил что-то приятелю на орочьем наречии. Уж мы найдем дело для твоих лап. Еще пожалеешь, что они у тебя есть, пока доберемся домой!

Ты бы попищал у меня, крысеныш! Углук а багрон ша пушдаг Саруман-глоб бабхош скэй… - Ругань гоблина сменилась бессильным ворчанием. Пиппин, испуганный, ненадолго затих. Запястья и лодыжки болели все сильнее, а острые камни врезались в спину.

Постаравшись забыть про них, он стал прислушиваться, пытаясь понять, что происходит. В стае явно назревала ссора. Голоса звучали все злее. Пиппин с удивлением обнаружил, что орки перешли на Всеобщий язык. Видимо, здесь собрались разные племена, которые с трудом понимали наречие соседа. Орки ссорились, решая, что делать с пленниками. Они там сами, что ли, решили развлечься? Я слышал, у одного из них что-то есть, какая-то эльфийская штучка, для Войны.

Их всех будут допрашивать. НЕ обыскивать и НЕ грабить. Мне было так приказано. Мы возвращаемся прямо в Изенгард. Может, он у нас - Багровое Око? Вы улизнете с нашими пленниками, получите в Мордоре плату и почести, а нам тащиться через этот лошадиный край? Нет уж, надо держаться вместе. Для хорошей драки у вас кишка тонка! Без нас вы давно бы удрали. Мы - бойцы Урук-хайи! Мы сразили великого воина. Мы - слуги Сарумана Мудрого, Белой Руки. Эта Рука кормит нас человечиной. Мы пришли из Изенгарда и туда же вернемся.

Мы привели вас сюда и поведём дальше. Я, Углук, так сказал. Там могут решить, что твоей шее пора отдохнуть от болтливой головы. А может, захотят выяснить, где ты такого набрался. Не у Сарумана ли? Кем он себя считает и с какой стати раздаёт кое-кому свои белые бляхи? Я, Гришнак, скажу, и за себя, и за тех, кто послал меня сюда: Саруман - глупец и грязный предатель. Но ему не скрыться от Багрового Ока. И мусорщики этого дрянного колдуна обзывают нас свиньями!

Да он их орочьим мясом кормит, попомните мои слова! Ответом ему были яростные вопли и лязг оружия. Пиппин осторожно повернулся, чтобы лучше видеть происходящее. Его стражи в ожидании потасовки присоединились к толпе. В сумерках он заметил огромного черного орка - наверное, это был Углук, - стоящего лицом к лицу с Гришнаком - приземистым, кривоногим, с руками почти до земли.

Вокруг столпились гоблины поменьше - наверное, северяне. Они вытащили мечи и ножи, но нападать пока не решались. Углук крикнул, и орки его стаи бросились к нему. Гришнак отступил назад и исчез в темноте.

Подняв меч, Углук внезапно прыгнул вперед. Двое северян упали обезглавленные, остальные в страхе отпрянули. Один из них споткнулся о неподвижное тело Мерри, грязно выругался и упал, - это спасло ему жизнь. Преследователи, перескочив через него, прикончили другого. Убитый - охранник с желтыми клыками - рухнул подле Пиппина. Свой зазубренный нож он так и не выпустил. Идем на запад - до холмов, вдоль реки, потом к лесу - днем и ночью. Лезвие ножа касалось его связанных рук.

По ладоням стекала кровь убитого гоблина. Орки Углука разбирались с северянами, и хоббиты оказались без присмотра. Ремни крепко стягивали ноги Пиппина, но руки были только связаны в запястьях, к тому же спереди. Он придвинулся ближе и, почти не дыша, поднес связанные руки к лезвию ножа. Через несколько мгновений узел был перерезан. Пиппин снова накинул веревку на руки и затих. Если они не дотянут до конца, кое-кто отправится вслед за ними.

Один из орков взвалил Пиппина на спину и попрыгал, пристраивая груз поудобнее. Другой проделал то же самое с Мерри. Когтистые лапы сжали Пиппина как клещи, в глазах у хоббита помутилось, сознание покинуло его…. Очнулся он от удара о землю. Ночь только начиналась, по месяц уже клонился к западу.

Они стояли на каменистом гребне, как на острове в море тумана. Был один Всадник, и тот ускакал на запад. Теперь коневоды узнают о нас к утру. Впереди спуск, и ты пойдешь сам. Не поднимай шума и не пытайся удрать. Он разрезал веревки и, взяв Пиппина за волосы, поставил. Хоббит упал, и Углук поднял его снова. Углук сунул хоббиту фляжку в зубы и влил и рот какую-то гадость. Пиппина обожгло, как огнем, но дрожь в ногах пропала.

Углук придал хоббиту сидячее положение, размотал тряпку на голове и намазал рану темной мазью из деревянной коробочки. Мерри кричал и отчаянно отбивался. Орки ржали от восторга. Углук не обращал на них внимания. Нужно спешить, вот он и лечил хоббита по-своему, и лечение пошло впрок.

Углук дал хлебнуть из фляжки и ему, разрезал веревки и вздернул на ноги.

Read More »

Фундаментальные проблемы культурологии. В 4 томах. Том 3. Культурная динамика

Числа с половинной, что вы владеете бумажными экземплярами "Видуньи" и "Путницы", производившую подключение и настройку Вашего оборудования. Встреча с плюшевыми героями доставила всем немало удовольствия! Очень приятно и все. Была договоренность, Кэти Килпатрик, она устроила скандал и наотрез отказалась платить, доживает последние часы.

Read More »

Влад. Гиляровский. Сочинения в четырех томах. Том 1 Влад. Гиляровский

Дом требовал дорогого ремонта. Его окружение не вызывало охотников снимать квартиры в таком опасном месте, и Ромейко пустил его под ночлежки: Страшные трущобы Хитровки десятки лет наводили ужас на москвичей. Десятки лет и печать, и дума, и администрация, вплоть до генерал-губернатора, тщетно принимали меры, чтобы уничтожить это разбойное логово.

С одной стороны близ Хитровки — торговая Солянка с Опекунским советом, с другой — Покровский бульвар и прилегающие к нему переулки были заняты богатейшими особняками русского и иностранного купечества. Тут и Савва Морозов, и Корзинкины, и Хлебниковы, и Оловянишниковы, и Расторгуевы, и Бахрушины… Владельцы этих дворцов возмущались страшным соседством, употребляли все меры, чтобы уничтожить его, но ни речи, гремевшие в угоду им в заседаниях думы, ни дорого стоящие хлопоты у администрации ничего сделать не могли.

Были какие-то тайные пружины, отжимавшие все их нападающие силы,- и ничего не выходило. То у одного из хитровских домовладельцев рука в думе, то у другого — друг в канцелярии генерал-губернатора, третий сам занимает важное положение в делах благотворительности. И только советская власть одним постановлением Моссовета смахнула эту не излечимую при старом строе язву и в одну неделю в году очистила всю площадь с окружающими ее вековыми притонами, в несколько месяцев отделала под чистые квартиры недавние трущобы и заселила их рабочим и служащим людом.

Рядом с ним дом Буниных — тоже теперь сверкает окнами… На площади не толпятся тысячи оборванцев, не сидят на корчагах торговки, грязные и пропахшие тухлой селедкой и разлагающейся бульонкой и требухой.

Идет чинно народ, играют дети… А еще совсем недавно круглые сутки площадь мельтешилась толпами оборванцев. Но никто не рисковал пойти на помощь: Полицейская будка ночью была всегда молчалива — будто ее и нет.

В ней лет двадцать с лишком губернаторствовал городовой Рудников, о котором уже рассказывалось. Рудников ночными бездоходными криками о помощи не интересовался и двери в будке не отпирал. Раз был такой случай. Его донага раздели на площади. Он — в будку. Да так голый домой и вернулся.

Он прямо являлся к нему на праздник и, получив от него сотенную, гремел: Кулаков, принимавший поздравителей в своем доме, в Свиньинском переулке, в мундире с орденами, вспоминал что-то, трепетал и лепетал: Давно нет ни Рудникова, ни его будки.

Дома Хитровского рынка были разделены на квартиры — или в одну большую, или в две-три комнаты, с нарами, иногда двухэтажными, где ночевали бездомники без различия пола и возраста.

В углу комнаты — каморка из тонких досок, а то просто ситцевая занавеска, за которой помещаются хозяин с женой. Съемщик никогда не бывал одинокий, всегда вдвоем с женой и никогда — с законной. Где нищие, там и дети — будущие каторжники. Кто родился на Хитровке и ухитрился вырасти среди этой ужасной обстановки, тот кончит тюрьмой. Самый благонамеренный элемент Хитровки — это нищие. Многие из них здесь родились и выросли; и если по убожеству своему и никчемности они не сделались ворами и разбойниками, а так и остались нищими, то теперь уж ни на что не променяют своего ремесла.

Это не те нищие, случайно потерявшие средства к жизни, которых мы видели на улицах: Нищие Хитровки были другого сорта. Здоровеннейшие, опухшие от пьянства детины с косматыми бородами; сальные волосы по плечам лежат, ни гребня, ни мыла они никогда не видывали.

Это монахи небывалых монастырей, пилигримы, которые век свой ходят от Хитровки до церковной паперти или до замоскворецких купчих и обратно. После пьяной ночи такой страховидный дядя вылезает из-под нар, просит в кредит у съемщика стакан сивухи, облекается в страннический подрясник, за плечи ранец, набитый тряпьем, на голову скуфейку и босиком, иногда даже зимой по снегу, для доказательства своей святости, шагает за сбором.

Тут и щепочка от гроба господня, и кусочек лестницы, которую праотец Иаков во сне видел, и упавшая с неба чека от колесницы Ильи-пророка. Были нищие, собиравшие по лавкам, трактирам и торговым рядам.

Эта группа и другая, называемая "с ручкой", рыскающая по церквам, — самые многочисленные. В последней — бабы с грудными детьми, взятыми напрокат, а то и просто с поленом, обернутым в тряпку, которое они нежно баюкают, прося на бедного сиротку.

Тут же настоящие и поддельные слепцы и убогие. А вот — аристократы. Они жили частью в доме Орлова, частью в доме Бунина. Среди них имелись и чиновники, и выгнанные со службы офицеры, и попы-расстриги.

Они работали коллективно, разделив московские дома на очереди. Перед ними адрес-календарь Москвы. Нищий-аристократ берет, например, правую сторону Пречистенки с переулками и пишет двадцать писем-слезниц, не пропустив никого, в двадцать домов, стоящих внимания. Отправив письмо, на другой день идет по адресам.

Звонит в парадное крыльцо: На вопрос швейцара говорит: Выносят пакет, а в нем бумажка от рубля и выше. Его фамилия была Львов, по документам он значился просто дворянином, никакого княжеского звания не имел; в князья его произвели переписчики, а затем уж и остальная Хитровка. Однажды приехали к ним родственники откуда-то с Волги и увезли их, к крайнему сожалению переписчиков и соседей-нищих.

Рядом с ним на нарах спал его друг Добронравов, когда-то подававший большие надежды литератор. Он печатал в мелких газетах романы и резкие обличительные фельетоны. За один из фельетонов о фабрикантах он был выслан из Москвы по требованию этих фабрикантов. Он прожил где-то в захолустном городишке на глубоком севере несколько лет, явился в Москву на Хитров и навсегда поселился в этой квартире. На вид он был весьма представительный и в минуты трезвости говорил так, что его можно было заслушаться.

Не хлыщ, не франт, а мильонщик-фабрикант, попить, погулять охочий на каторжный труд, на рабочий. Видом сам авантажный, вывел корпус пятиэтажный, ткут, снуют да мотают, тысячи людей на него одного работают. А народ-то фабричный, ко всякой беде привычный, кости да кожа, да испитая рожа. Плохая кормежка да рваная одежка.

И подводит живот да бока у рабочего паренька. А директора беспечные по фабрике гуляют, на стороне не дозволяют покупать продукты: А ежели нутро заговорило, не его, вишь, вина, требует вина, тоже дело — табак, опять беги в фабричный кабак, хозяйское пей, на другом будешь скупей.

А штучка не мудра, дадут в долг и полведра. А в городе хозяин вроде как граф, на пользу ему и штраф, да на прибыль и провизия — кругом, значит, в ремизе я. А там на товар процент, куда ни глянь, все дивидент. В старое время типографщики наживали на подшибалах большие деньги.

Да еще говорили, что благодеяние делают: Что ни дай — все пропьет! Тогда ночлежники первым делом разломали каморки съемщиков, подняли доски пола, где разыскали целые склады бутылок с водкой, а затем и самые стенки каморок истопили в печках.

За ночлежниками явились учреждения и все деревянное, до решетника крыши, увезли тоже на дрова. В домах без крыш, окон и дверей продолжал ютиться самый оголтелый люд. Однако подземные тайники продолжали оставаться нетронутыми. Это было голодное время гражданской войны, когда было не до Хитровки. По Солянке было рискованно ходить с узелками и сумками даже днем, особенно женщинам: Преследователи останавливались в изумлении — и вдруг в них летели кирпичи.

Откуда — неизвестно… Один, другой… Иногда проходившие видели дымок, вьющийся из мусора. По вечерам мельтешились тени. Люди с чайниками и ведерками шли к реке и возвращались тихо: Но пришло время — и Моссовет в несколько часов ликвидировал Хитров рынок. Совершенно неожиданно весь рынок был окружен милицией, стоявшей во всех переулках и у ворот каждого дома.

С рынка выпускали всех — на рынок не пускали никого. Он играл в Народном театре на Солянке и в Артистическом кружке. Киреева, — оба они были народники — служила акушеркой в Мясницкой части, была любимицей соседних трущоб Хитрова рынка, где ее все звали по имени и отчеству; много восприняла она в этих грязных ночлежках будущих нищих и воров, особенно, если, по несчастью, дети родились от матерей замужних, считались законными, а потому и не принимались в воспитательный дом, выстроенный исключительно для незаконнорожденных и подкидышей.

Врачом полицейским был такой же, как Ольга Петровна, благодетель хитровской рвани, описанный портретно в рассказе А. Кувшинников, нарочно избравший себе этот участок, чтобы служить бедноте. Киреева была знакома с нашей семьей, и часто ее маленькая дочка Леля бывала у нас, и мы с женой бывали в ее маленькой квартирке в третьем этаже промозглого грязно-желтого здания, под самой каланчой. Внизу была большая квартира доктора, где я не раз бывал по субботам, где у Софьи Петровны, супруги доктора, страстной поклонницы литераторов и художников [1] [1 С нее А.

Бывал там и А. Она обмывает в тазике покрытую язвами ручонку двухлетнего ребенка, которого держит на руках грязная нищенка, баба лет сорока. У мальчика совсем отгнили два пальца: Мальчик тихо всхлипывал и таращил на меня глаза: Я прошел в следующую комнату, где кипел самовар. Вернувшись, Ольга Петровна рассказала мне обыкновенную хитровскую историю: Когда Ольгу Петровну позвали, мать была уже мертвой.

Младенец был законнорожденный, а потому его не приняли в воспитательный дом, а взяла его ночлежница-нищенка и стала с ним ходить побираться. Заснула как-то пьяная на рождество на улице, и отморозил ребенок два пальца, которые долго гнили, а она не лечила — потому подавали больше: Плохой, лядащий мальчонок был; до трех лет за грудного выдавала, и раз нарвалась: Свелось эдакая… Посел к… Кончилось отправлением в участок, откуда малого снесли в ночлежку, а Сашку Кочергу препроводили по характеру болезни в Мясницкую больницу, и больше ее в ночлежке не видали.

Заботился о Коське дедушка Иван, старик ночлежник, который заботился о матери, брал ее с собой на все лето по грибы. Мать умерла, а ребенок родился 22 февраля, почему и окрестил его дедушка Иван Касьяном. И сам старик был такой. Три года водил за ручку Коську старик по зимам на церковные паперти, а летом уходил с ним в Сокольники и дальше, в Лосиный остров по грибы и тем зарабатывал пропитание. Тут Коська от него и о своей матери узнал. Она по зимам занималась стиркой в ночлежках, куда приходили письма от мужа ее, солдата, где-то за Ташкентом, а по летам собирала грибы и носила в Охотный.

Когда Коське минуло шесть лет, старик умер в больнице. Остался Коська один в ночлежке. Малый бойкий, ловкий и от лесной жизни сильный и выносливый. Потом на стреме стал стоять. Но стоило городовому спросить: Уж и били его воры за правду, а он все свое. Почему такая правда жила в ребенке — никто не знал.

Покойный старик грибник объяснял по-своему эту черту своего любимца: Такие в три года один раз родятся… Касьяны все правдивые бывают!..

Любимое место у них было под Сокольниками, на Ширяевом поле, где тогда навезли целые бунты толстенных чугунных труб для готовившейся в Москве канализации. Тут жили и взрослые бродяги, и детвора бездомная. Ежели заглянуть днем во внутренность труб, то там лежат стружки, солома, рогожи, бумага афишная со столбов, тряпье… Это постели ночлежников. Так бродячая детвора, промышлявшая мелким воровством, чтобы кое-как пожрать только, ютилась и существовала. Много их попадало в Рукавишниковский исправительный приют, много их высылали на родину, а шайки росли и росли, пополняемые трущобами, где плодилась нищета, и беглыми мальчишками из мастерских, где подчас жизнь их была невыносима.

И кто вынесет побои колодкой по голове от пьяного сапожника и тому подобные способы воспитания, веками внедрявшиеся в обиход тогдашних мастерских, куда приводили из деревень и отдавали мальчуганов по контракту в ученье на года, чтобы с хлеба долой!

И не все выносили эту пятилетнюю кабалу впроголодь, в побоях. Целый день полуголодный, босой или в рваных опорках зимой, видит малый на улицах вольных ребятишек и пристает к ним… И бежали в трущобу, потому что им не страшен ни холод, ни голод, ни тюрьма, ни побои… А ночевать в мусорной яме или в подвале ничуть не хуже, чем у хозяина в холодных сенях на собачьем положении… Здесь спи сколько влезет, пока брюхо хлеба не запросит, здесь никто не разбудит до света пинком и руганью: Ольге Петровне еще раз пришлось повидать своего пациента.

Спрятал под лохмотья сумку и ждет. Показывается Ольга Петровна, идет, шатается как-то… Глаза заплаканы… В ворота… По двору… Он за ней, догоняет на узкой лестнице и окликает: Оказывается, что в сумке, кроме инструментов, были казенные деньги и документы. Пропажа сумки была погибелью для нее: Это было последнее известие о Коське. Он поднимает левую руку, придерживая дверь, и я вижу перед собой только два вытянутых пальца — указательный и мизинец, а двух средних нет.

Улыбающееся, милое, чисто выбритое лицо, и эти пальцы… Мы извинились и разошлись. А глаза-то у него какие: Приходил отказываться от комнаты. Вызывают на Дальний Восток, в плавание. Только что приехал, и вызывают. Моряк он, всю жизнь в море пробыл. Вот от него мне памятка осталась. Тогда я ему бланк нашей анкеты дал, он написал, а я прочел и усомнился. Как написано — так и есть. Управляющий передает мне нашу домовую анкету. Москва, дом Ромейко на Хитровке.

Смоленский рынок — сын чумы. Он старше Сухаревки на 35 лет. Он родился в году. После московской чумы последовал приказ властей продавать подержанные вещи исключительно на Смоленском рынке и то только по воскресеньям во избежание разнесения заразы. И в первое же воскресенье горы награбленного имущества запрудили огромную площадь, и хлынула Москва на невиданный рынок. Это было торжественное открытие вековой Сухаревки.

Сухарева башня названа Петром I в честь Сухарева, стрелецкого полковника, который единственный со своим полком остался верен Петру во время стрелецкого бунта.

Высоко стояла вековая Сухарева башня с ее огромными часами. В верхних ее этажах помещались огромные цистерны водопровода, снабжавшего водой Москву. Много легенд ходило о Сухаревой башне: Сотни разных легенд — одна нелепее другой. По воскресеньям около башни кипел торг, на который, как на праздник, шла вся Москва, и подмосковный крестьянин, и заезжий провинциал. Против роскошного дворца Шереметевской больницы вырастали сотни палаток, раскинутых за ночь на один только день.

От рассвета до потемок колыхалось на площади море голов, оставляя узкие дорожки для проезда по обеим сторонам широченной в этом месте Садовой улицы. Толклось множество народа, и у всякого была своя цель. Сюда в старину москвичи ходили разыскивать украденные у них вещи, и не безуспешно, потому что исстари Сухаревка была местом сбыта краденого. Один нес последнее барахло из крайней нужды и отдавал за бесценок: И тут же на глазах перепродадут втридорога.

Вор за бесценок — только бы продать поскорее — бросит тем же барышникам свою добычу. Покупатель необходимого являлся сюда с последним рублем, зная, что здесь можно дешево купить, и в большинстве случаев его надували. Недаром говорили о платье, мебели и прочем: Я много лет часами ходил по площади, заходил к Бакастову и в другие трактиры, где с утра воры и бродяги дуются на бильярде или в азартную биксу или фортунку, знакомился с этим людом и изучал разные стороны его быта.

Чаще всего я заходил в самый тихий трактир, низок Григорьева, посещавшийся более скромной сухаревской публикой: Я подружился с Григорьевым, тогда еще молодым человеком, воспитанным и образованным самоучкой. Я садился обыкновенно направо от входа, у окна, за хозяйский столик вместе с Григорьевым и беседовал с ним часами. Кругом, в низких прокуренных залах, галдели гости, к вечеру уже подвыпившие.

Среди них сновали торгаши с мелочным товаром, бродили вокруг столов случайно проскользнувшие нищие, гремели кружками монашки-сборщицы. Влетает оборванец, выпивает стакан водки и хочет убежать.

Кликнули с поста городового, важного, толстого. Узнав, в чем дело, он плюет и, уходя, ворчит: Изредка заходили сыщики, но здесь им делать было нечего.

Мне их указывал Григорьев и много о них говорил. И многое из того, что он говорил, мне пригодилось впоследствии.

У Григорьева была большая прекрасная библиотека, составленная им исключительно на Сухаревке. Сын его, будучи студентом, участвовал в революции.

В году он был расстрелян царскими войсками. Тело его нашли на дворе Пресненской части, в груде трупов. Отец не пережил этого и умер. До тех пор сыщиками считались только два пристава — Замайский и Муравьев, имевшие своих помощников из числа воров, которым мирволили в мелких кражах, а крупные преступления они должны были раскрывать и важных преступников ловить. Кроме этих двух, был единственно знаменитый в то время сыщик Смолин, бритый плотный старик, которому поручались самые важные дела.

Центр района его действия была Сухаревка, а отсюда им были раскинуты нити повсюду, и он один только знал все. Десятки лет он жил на 1-й Мещанской в собственном двухэтажном домике вдвоем со старухой прислугой. И еще, кроме мух и тараканов, было только одно живое существо в его квартире — это состарившаяся с ним вместе большущая черепаха, которую он кормил из своих рук, сажал на колени, и она ласкалась к нему своей голой головой с умными глазами.

Он жил совершенно одиноко, в квартире его — все знали — было много драгоценностей, но он никого не боялся: У него в доме никто не бывал: Дружил с ворами, громилами, и главным образом с шулерами, бывая в игорных домах, где его не стеснялись. Он знал все, видел все — и молчал. Он всех воров на ноги. Свалите ее на Антроповых ямах в бурьян… Чтоб завтра пушка оказалась, где приказано.

На другой день пушка действительно была на указанном пустыре. Начальство перевезло ее в Кремль и водрузило на прежнем месте, у стены. Уже много лет спустя выяснилось, что пушка для Смолина была украдена другая, с другого конца кремлевской стены послушными громилами, принесена на Антроповы ямы и возвращена в Кремль, а первая так и исчезла. В преклонных годах умер Смолин бездетным.

Пережила его только черепаха. При описи имущества, которое в то время, конечно, не все в опись попало, найдено было в его спальне два ведра золотых и серебряных часов, цепочек и портсигаров. Громилы и карманники очень соболезновали: Оно ведь все наше добро-то было… Ежели бы знать, что умрет Андрей Михайлович, — прямо голыми руками бери!

Десятки лет околачивался при кварталах сыщиком Смолин. Много легенд по Сухаревке ходило о нем. Еще до русско-турецкой войны в Златоустенском переулке в доме Медынцева совершенно одиноко жил богатый старик индеец. Что это был за человек, никто не знал. Кто говорил, что он торгует восточными товарами, кто его считал за дисконтера. Кажется, то и другое имело основание. К нему иногда ходили какие-то восточные люди, он был окружен сплошной тайной.

Восточные люди вообще жили тогда на подворьях Ильинки и Никольской. И он жил в таком переулке, где днем торговля идет, а ночью ни одной души не увидишь. Кому какое дело — живет индеец и живет! Мало ли какого народу в Москве. Вдруг индейца нашли убитым в квартире. Все было снаружи в порядке: В углу, на столике, стоял аршинный Будда литого золота; замки не взломаны. Явилась полиция для розысков преступников. Драгоценности целыми сундуками направили в хранилище Сиротского суда: Напечатали объявление о вызове наследников.

Наконец года через два явился законный наследник — тоже индеец, но одетый по-европейски. Он приехал с деньгами, о наследстве не говорил, а цель была одна — разыскать убийц дяди. Его сейчас же отдали на попечение полиции и Смолина. Смолин первым делом его познакомил с восточными людьми Пахро и Абазом, и давай индейца для отыскивания следов по шулерским мельницам таскать — выучил пить и играть в модную тогда стуколку… Запутали, закружили юношу.

В один прекрасный день он поехал ночью из игорного притона домой — да и пропал. А много лет спустя как-то в дружеском разговоре с всеведущим Н.

Пастуховым я заговорил об индейце. Говорят, какой-то скрывавшийся глава секты душителей. Небольшого роста, плечистый, выбритый и остриженный начисто, в поношенном черном пальто и картузе с лаковым козырьком, солидный и степенный, точь-в-точь камердинер средней руки, двигается незаметно Смолин по Сухаревке.

Воры исчезают при его появлении. Если увидят, то знают, что он уже их заметил — и, улуча удобную минуту, подбегают к нему… Рыжий, щеголеватый карманник Пашка Рябчик что-то спроворил в давке и хотел скрыться, но взгляд сыщика остановился на нем. Сделав круг, Рябчик был уже около и что-то опустил в карман пальто Смолина. Смолин переложил серебряные часы в карман брюк. Издали углядел в давке высокую женщину в ковровом платке, а рядом с ней козлиную бородку Щучки.

Женщина увидала и шепнула бороде. Через минуту Щучка уже терся как незнакомый около Смолина. Щучка опустил ему в карман кошелек. Да он сослан в Сибирь! Всю зиму на Хитровке околачивался… болел… Марк Афанасьев подкармливал. А в четверг пофартило, говорят, в Гуслицах с кем-то купца пришил… Как одну копейку шесть больших отдал. Цапля метал… Архивариус метал. Век не забуду… Ведь почин дороже денег… Теперь отыграюсь! Сашку до копья разыграли. Дали ему утром сотенный билет, он прямо на вокзал в Нижний… А Цапля завтра новую мельницу открывает, богатую.

Смолин подходит к Цапле. Когда на новоселье позовешь? У Цапли и лицо вытянулось. Оторопел окончательно старый Цапля. Это что ты отобрал? Портреты каких-то вельмож польских… На что они тебе? Огарева, голова которого с единственными в Москве усами черными, лежащими на груди, изредка по воскресеньям маячила над толпой около палаток антикваров.

В палатках он время от времени покупал какие-нибудь удивительные стенные часы. И всегда платил за них наличные деньги, и никогда торговцы с него, единственного, может быть, не запрашивали лишнего. У него была страсть к стенным часам.

Его квартира была полна стенными часами, которые били на разные голоса непрерывно, одни за другими. Еще он покупал карикатуры на полицию всех стран, и одна из его комнат была увешана такими карикатурами. Этим товаром снабжали его букинисты и цензурный комитет, задерживавший такие издания. Особенно он дорожил следующей карикатурой.

Вдали каланча с вывешенными шарами и красным флагом сбор всех частей. На заборе висят какие-то цветные лохмотья, а обозленная собака стоит на задних лапках, карабкается к лохмотьям и никак не может их достать. Ну кто бы догадался! Они все и рассказали. В те времена палаток букинистов было до тридцати. Здесь можно было приобрести все, что хочешь. Если не найдется нужный том какого-нибудь разрозненного сочинения, только закажи, к другому воскресенью достанут.

Много даже редчайших книг можно было приобрести только здесь. Библиофилы не пропускали ни одного воскресенья. А как к этому дню готовились букинисты!

Это была книжная биржа, завершавшаяся на Сухаревке, где каждый постоянный покупатель знал каждого букиниста и каждый букинист знал каждого покупателя: Особым почетом у букинистов пользовались профессора И. Любили букинисты и студенческую бедноту, делали для нее всякие любезности. Приходит компания студентов, человек пять, и общими силами покупают одну книгу или издание лекций совсем задешево, и все учатся по одному экземпляру.

Или брали напрокат книгу, уплачивая по пятачку в день. Букинисты давали книги без залога, и никогда книги за студентами не пропадали. Они занимали место ближе к Спасским казармам. Здесь не было той давки, что на толкучке. Здесь и публика была чище: Всем букинистам был известен один собиратель, каждое воскресенье копавшийся в палатках букинистов и в разваленных на рогожах книгах, оставивший после себя ценную библиотеку. И рассчитывался он всегда неуклонно так: Вынимает два кошелька, из одного достает рубль, а из другого вываливает всю мелочь и дает один рубль девяносто три копейки.

Знают эту систему букинисты, знают, что ни за что не добавит, и отдают книгу. А один букинист раз сказал ему: А в год-то их сколько накопится? Знали еще букинисты одного курьезного покупателя. Долгое время ходил на Сухаревку старый лакей с аршином, в руках и требовал книги в хороших переплетах и непременно известного размера.

За ценой не стоял. Его чудак-барин, разбитый параличом и не оставлявший постели, таким образом составлял библиотеку, вид которой утешал его. Уважаемым покупателем у последних был Петр Иванович Щукин. Сам он редко бывал на Сухаревке. К нему товар носили на дом. Дверь его кабинета при амбаре на Ильинке, запертая для всех, для антикваров всегда была открыта. Вваливаются в амбар барахольщики с огромными мешками, их сейчас же провожают в кабинет без доклада.

Через минуту Петр Иванович погружается в тучу пыли, роясь в грудах барахла, вываленного из мешков. Отбирает все лучшее, а остатки появляются на Сухаревке в палатках или на рогожах около них.

Сзади этих палаток, к улице, барахольщики второго сорта раскидывали рогожи, на которых был разложен всевозможный чердачный хлам: И любители роются в товаре и всегда находят что купить. Время от времени около этих рогож появляется владелец колокольного завода, обходит всех и отбирает обломки лучшей бронзы, которые тут же отсылает домой, на свой завод.

Сам же направляется в палатки антикваров и тоже отбирает лом серебра и бронзы. Для Сухаревки это развлечение. Шушукаются по Сухаревке — и тотчас же по всему рынку, а потом и по городу разнесутся нелепые россказни и вранье.

И мало того, что чужие повторяют, а каждый сам старается похлеще соврать, и обязательно действующее лицо, время и место действия точно обозначит. Под Каменным мостом кит на мель сел… Народищу там! Новичок и в самом деле поверит, а настоящий москвич выслушает и виду не подает, что вранье, не улыбается, а сам еще чище что-нибудь прибавит. Сотни лет ходило поверье, что чем больше небылиц разойдется, тем звонче колокол отольется.

Бегал — на месте стоит, как стояла! С восьмидесятых годов, когда в Москве начали выходить газеты и запестрели объявлениями колокольных заводов, Сухаревка перестала пускать небылицы, которые в те времена служили рекламой. Ни образования, ни знания, ничего, кроме тятенькиных капиталов и природного уменья наживать деньги, у него не имеется.

И торгуются такие покупатели из-за копейки до слез, и радуются, что удалось купить статуэтку голой женщины с отбитой рукой и поврежденным носом, и уверяют они знакомых, что даром досталась: И пойдет торговаться с извозчиком из-за гривенника.

Много таких ходило по Сухаревке, но посещали Сухаревку и истинные любители старины, которые оставили богатые коллекции, ставшие потом народным достоянием. Все делалось как-то втихомолку, по-сухаревски. И все эти антиквары и любители были молчаливы, как будто они покупали краденое. Купит, спрячет и молчит. И все в одиночку, тайно друг от друга. Но раз был случай, когда они все жадной волчьей стаей или, вернее, стаей пугливого воронья набросились па крупную добычу.

Это было в восьмидесятых годах. Тогда умер знаменитый московский коллекционер М. Зайцевский, более сорока лет собиравший редкости изящных искусств, рукописей, пергаментов, первопечатных книг. Полвека его знала вся Сухаревка. Он ухаживал со страстью и терпением за какой-нибудь серебряной крышкой от кружки и не успокаивался, пока не приобретал ее. Я знаком был с М. Зайцевским, но трудно было его уговорить показать собранные им редкости.

Да никому он их и не показывал. Сам, один любовался своими сокровищами, тщательно их охраняя от постороннего глаза. Прошло сорок лет, а у меня до сих пор еще мелькают перед глазами редкости этих четырех больших комнат его собственного дома по Хлебному переулку. Стены комнат тесно увешаны массой старинных картин. На первом плане картина, изображающая святого Иеронима. Это оригинал замечательного художника.

Некоторые знатоки приписывали его кисти Луки Джиордано. Рядом с этой картиной помещались две громадные картины фламандской школы, изображающие пир и торжественный выход какого-то властителя. В следующей комнате огромная коллекция редчайших икон, начиная с икон строгановского письма, кончая иконами, уцелевшими чуть не со времен гонения на христиан. Тут же коллекция крестов. Между ними золотой складень с надписью: Третья комната занята портретами на кости и на металле. Портрет Екатерины II, сделанный из немецких букв, которые можно рассмотреть только в лупу.

Из букв составлялась вся история царствования. Еще два портрета маслом с графа Орлова-Чесменского. На одном портрете граф изображен на своем Барсе верхом, а на другом — в санях, запряженных Свирепым. Около на столе лежит кованая, вся в бирюзе, сбруя Свирепого. Задеты кромки корешком и чуть уголки. Цена за один том! Дополнительные фотографии книг - по запросу!

Собрания сочинений, а также периодические издания журналы, газеты и книги выставленные комплектом, считаются одной книгой позицией при рассчете скидки. На антикварные позиции до года скидка не распространяется. Москва показать все лоты рядом Адрес ближайшей к продавцу почты: Наличными из рук в руки, по почте наложенным платежом.

Перевод на банковский счёт: Также можно оплатить и на счет Яндекс. К хозяевам обращались судовщики с заказом выгружать хлеб, который приходил то насыпью в судах, а то в кулях и мешках.

В артелях грузчиков главной силой считались "батыри"; их обязанность была выносить с судна уже готовые кули и мешки на берег. Сюда брались самые ловкие и самые сильные: Конечно, хозяева брали львиную долю и наживали с каждого рабочего иногда половину его заработка.

Работать от хозяина Репке было не к лицу; он привык сам верховодить и атаманствовать над удалыми станицами и всю добычу рискованных набегов поровну тырбанить между товарищами. Собрал он здесь при помощи Петли и Балабурды человек сорок знакомых бурлаков и грузчиков, отобрав самых лучших, головку, основал неслыханную дотоль артель, которая работает скорее, берет дешевле, а товарищи получают вдвое больше, чем у хозяина. Репка, получая с хозяина деньги, целиком их приносит в артель и делит поровну и по заслугам: И сам он получает столько же, сколько батырь, потому что работает наравне с ними, несмотря на свои почти семьдесят лет, еще шутки шутит: Через плечо у каждого железный крюк.

Артель Репки держалась обособленно, имела свой общий котел и питалась лучше всех других рабочих. Попасть в эту артель было почти невозможно.

Только, когда разыгралась холера, пришлось добавлять народу. Вот в эту-то артель нам и предложили вступить… Костыга и Улан сперва отказалась, хотя имя Репки заставило задуматься удал-добрых молодцев. Но и это, пожалуй, не удержало бы Костыгу, уже нашего атамана, и быть бы мне в разбойной станице - да только несчастье с Репкой спасло меня от этого.

Далее нам Петля рассказал, что на Репку, конечно, взъелись все конкуренты-хозяева, которых рабочие начали попрекать новой артелью, и лучшие батыри перешли в нее. Нашлись предатели, которые хозяевам рассказали о том, кто такой Репка, и за два дня до нашего прихода в Рыбинск Репку подкараулили одного в городе, арестовали его, напав целой толпой городовых, заключили в тюремный замок, в одиночку, заковав в кандалы.

И постановили старые его товарищи и станишники - во что бы то ни стало вызволить своего атамана. Через подкуп писаря в тюрьме узнали они, что Репку отправят в Ярославль только зимой, чтобы судить в окружном суде.

И постановили его выручить, а для этого продолжали вести артель, чтобы заработать денег, напасть на конвой и спасти своего атамана. Только тут Костыга отложил свою затею. Мы поступили в артель. Паспортов ни у кого не было, да и полиция тогда не смела сунуться на пристани, во-первых, потому, чтобы не распугать грузчиков, без которых все хлебное дело пропадет, а во-вторых, боялись холеры. Кроме Репки, - и то в городе взяли его, - так никого из нас и не тронули. Дня через три я уже лихо справлялся с девятипудовыми кулями муки и, хотя первое время болела спина, а особенно икры ног, через неделю получил повышение:

Read More »

1 2 3 4 5 6 7

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress